Ждет мальчика судьба доброго человека или же сатаны, но сегодня Ален Кастиль, сам того не ведая, спас Изабелле жизнь.

— Что ж, — пробормотала она, решив воспользоваться минутной растерянностью Жан-Люка для бегства, — мне пора идти. Прощай, Ален.

Хищник не пытался остановить Изабеллу. Он, разумеется, будет следовать за ней, возможно, вечно. Но Изабелле было все равно. Ее свобода и безопасность более не имели для несчастной женщины никакого значения.

Она бросилась к воротам дворца, но посреди выложенного мрамором внутреннего двора вдруг остановилась. Здесь, погрузив пальчики в бассейн с разноцветным фонтаном, стояла прекрасная маленькая девочка. Это была Натали, четырехлетняя дочь Жан-Люка и сводная сестра Алена. При виде милого ребенка сердце Изабеллы сжалось от сочувствия сильнее, чем когда она увидела Алена. Может быть, потому, что это была девочка, принцесса, и потому, что она улыбалась своей тете очаровательной невинной улыбкой.

«Какой может быть жизнь детей, живущих в зловещей тени Жан-Люка? Несчастная жизнь, — печально решила Изабелла. — Жизнь, наполненная коварством и страхом, без любви, без радости…»

Впервые за несколько недель, прошедших с той поры, как Изабелла была вынуждена расстаться с дочерью, она почувствовала умиротворение. Ее малышка в безопасности и будет расти в любви. «Будь счастлива, моя драгоценная маленькая любовь», — прошептала Изабелла и представила себе далекий Канзас.

Канзас… дом маленькой девочки, мечтающей о замечательных странах под радугами. Изабелла подумала о том, будут ли ее дочери, подобно Дороти из детской книжки, сниться волшебные сны? Обязательно! Всем маленьким девочкам снятся такие добрые сны. Она будет мечтать о чудесных волшебных странах, но и в самых смелых своих мечтах девочка не сможет даже приблизиться к правде: она была, есть и всегда будет истинной принцессой очаровательного и волшебного Иль д’Ар-кансьель — острова Радуги.

Глава 2

Манхэттен

Апрель 1989 года

По тисненным золотом пригласительным билетам на торжественный прием по случаю присуждения ежегодной кинопремии «Оскар» в Большом круглом зале отеля «Ритц» собралась вся элита Нью-Йорка. Вечер проходил в субботу, сразу же вслед за презентацией «Оскара» в Голливуде, и был своеобразным ответом Манхэттена на грандиозный вечер, устроенный после церемонии. Списки приглашенных в обоих случаях были очень похожи: гости только очень богатые, очень знаменитые и очень влиятельные, но грандиозные размеры Большого круглого зала позволяли устроить вечер с еще большим размахом. Его свидетельством в этом году стала двадцатифутовая ледяная скульптура знаменитого «Оскара». Сверкающая статуя возвышалась в бассейне с марочным шампанским; ее ледяная поверхность, отражая дорогое вино у своего подножия, отливала золотом.

Александра Тейлор медленно плыла в толпе холеных женщин в роскошных вечерних платьях и не менее холеных мужчин в дорогих смокингах. Она произносила слова благодарности в ответ на сыпавшиеся со всех сторон поздравления и мило улыбалась тем, кто приветствовал ее поднятием хрустального бокала. Свой потрясающий успех Алекса воспринимала с королевским достоинством, как и полагалось актрисе, получившей «Оскар» за лучшую женскую роль — королевы Елизаветы в фильме «Ее величество».

Кажущееся спокойствие Тейлор было лишь еще одной демонстрацией ее замечательного таланта. Несмотря на внешнюю невозмутимость, сердце ее взволнованно билось даже после шести торжественных вечеров. Радость эта была чувством достаточно личным, хотя с того самого момента, как она получила маленькую золотую статуэтку, у актрисы практически не оставалось ни минуты на личные переживания.