— Не одна радуга, — подхватил Артур. — Иногда пять, шесть, даже семь радуг, накрывающих друг друга, переплетающихся, пока все небо не заполняется ярким разноцветьем. И такой праздник там каждый день!

— Один конец радужных арок уходит в море, а другой — в центр острова, где все они сходятся в огромной пещере, — продолжила Марион, — когда-то доверху заполненной драгоценными камнями: сапфирами, рубинами, изумрудами, аметистами, — которые, согласно легенде, на самом деле являлись сверкающими осколками радуги.

— Какой чудесный образ! — прошептала Кэтрин.

— Не правда ли? Ален и Натали сводили нас в эту пещеру.

— И что же?

— Ничего там не было. Правда, Ален объяснил, что драгоценные камни когда-то действительно хранились и в пещере. Но конечно, это были вовсе не кристаллизованные кусочки радуг. Дело в том, что стратегически Иль расположен на пересечении древнейших торговых путей, и скорее всего нечистые на руку предки Кастиль перехватывали корабли, воровали их бесценный груз и прятали его в пещере. В этом пункте своего изложения правдивой истории Иля Ален Кастиль процитировал Бальзака. — Марион взглянула на своего высокообразованного сына и иронически заметила:

— Ты знаешь это высказывание, Джеймс?

— Надеюсь, что я вспомню его, когда услышу, — уклонился Джеймс от ответа.

— Кэт знает, — тихо пробормотала Алекса.

Она вовсе не имела намерения поставить младшую сестру в неловкое положение, но спросить Кэт о чем-либо связанном с французским языком значило то же самое, что попросить ее исполнить «Собачий вальс»…

Кэтрин действительно знала цитату, хотя прежде сочла нужным как бы извиниться:

— Только вчера я отправила в Оберлин курсовую по французскому. В ней довольно много высказываний Бальзака. Думаю, вы имели в виду его мнение о том, что «за каждым большим состоянием стоит преступление».

— Именно.

— До чего любезно со стороны Алена было признаться в преступлении своих предков, — спокойно заметил Элиот, хотя сердце его резко забилось при мысли об истинной истории семейства Кастиль — истории грандиозных преступлений.

— Так это гению Алена обязаны своими изделиями «Кастиль джуэлс»? — спросила Хилари.

— Мне кажется, что именно Ален настаивает, как, очевидно, он настаивает и на всем, что касается жизни на Иле, чтобы качество драгоценностей было безупречным. Но я полагаю, что Натали — талантливый дизайнер. Во время нашего посещения дизайнерской студии и ювелирного магазина в гостинице именно она неожиданно оказалась настоящим экспертом.

— Что ж, — легко вздохнула Хилари, выставляя левую руку с безупречным маникюром, — мне следует помимо Роберта поблагодарить и того из них, кто отвечал за мое обручальное кольцо.

— Это дизайн Кастиль?

— Да. За две недели до нашей свадьбы Роберт откопал его в ювелирном магазине «Кастиль».

— Кольцо великолепно, — заметила Алекса.

Она обратила внимание на кольцо Хилари еще за тем давним ужином с Макаллистерами. Сверкающие капли бриллиантов и изумрудов в золотой оправе были изящны и, по предположению Алексы, не столь дороги — если исходить из возможностей скромного прокурора, коим в момент женитьбы на Хилари являлся Роберт.

— Спасибо. — Хилари снисходительно приняла комплимент Алексы, а вовсе не благодарила за него. — Не знаю, когда мы с Робертом выберем время посетить остров, но я, безусловно, хотела бы передать свою благодарность принцессе Натали.