— Но я не смогу вскарабкаться по лестнице. — Отец продолжал спорить, но уже с меньшим энтузиазмом.

— Мы устроим тебе берлогу в спальне. Это очень уютное местечко. — Скай одарила его улыбкой, стараясь убедить, что все действительно будет хорошо.

— И кто же собирается доставить меня домой? — последовал очередной вопрос.

Молчавший до этого Зак заговорил со спокойной убежденностью, что заставило всех повернуть головы к нему:

— Я позабочусь об этом. Мистер Делейни, я думаю, что ваша жена и дочь будут ужасно расстроены, если вы не поедете домой. Не лучше ли попробовать, а если это не сработает, придумать что-то еще?

Скай хотела броситься на шею Заку, обнять и поцеловать этого мужчину, столь прекрасно и логично рассудившего спор. Но она не сделала этого. Всему свое время. Она возблагодарила Господа за то, что во время разговора с отцом Зак оказался здесь.

Брюс пристально разглядывал свои руки, затем посмотрел на Зака, перевел взгляд на жену и дочь и в конце концов сдался:

— Ну хорошо. Давайте попробуем.

Вздох облегчения вырвался из груди Скай. Ей придется оставить свое дело на шесть недель, что нелегко, да и с финансовой точки зрения расточительно, но если это поможет удержать отца дома, она поступит именно так.

Джанет встала с кресла. На ее лице играла улыбка, она чувствовала себя победителем.

— Мы сейчас поедем домой и все приготовим. Это не займет много времени. Доктор сказал, что, вероятно, ты сможешь переехать домой послезавтра.

— Как только давление у тебя стабилизируется и ты научишься пользоваться костылями, — напомнила Скай. — Возможно, на это потребуется еще дня два. — Она погладила ногу отца. — Веди себя благоразумно и вскоре переедешь отсюда.

— Благоразумно? — проворчал он. — Если это означает, что я должен отказаться от своего мнения, и не проси.

Джанет покачала головой и наклонилась, чтобы поцеловать мужа в щеку.

— Сделай все возможное, дорогой. Просто помни, что дом — это то место, которому ты принадлежишь… где есть я и Скай.

Как только они втроем вышли из палаты, Скай повернулась к Заку:

— Спасибо! Не думаю, что нам удалось бы убедить его без твоей помощи.

— В конечном счете ты убедила бы. Мы, мужчины, сильно комплексуем, когда лежим в постели и чувствуем себя беспомощными. По своей природе мы защитники, деятели. Меня, например, даже элементарный грипп сводит с ума.

— Ты действительно намерен передвигать мебель? Я могла бы нанять кого-нибудь.

— Скай, я не шутил. Я поеду в отель, соберу вещи и приеду к вам. Если, конечно, ты дашь мне адрес.

Скай интересовало, как Зак смог найти ее, но она не хотела спрашивать об этом в присутствии матери. Она записала адрес и объяснила, как лучше добраться.

Пока они шли по холлу, Джанет смотрела на свою дочь с любопытством. Потом наклонилась и прошептала:

— И давно это у вас?

Скай не совсем поняла, что конкретно означает слово «это»:

— Я знаю Зака около шести недель.

Глаза матери округлились.

— И он приехал из Ланкастера, чтобы быть с тобой? Тогда, я полагаю, это серьезно!

Скай осторожно взглянула на Зака, но не поняла, слышал ли он слова матери.

Лифт был полон, все спускались вниз. Пассажиры оттеснили Скай от Джанет, и она оказалась в углу, у задней стенки лифта, рядом с Заком. Еще три пассажира вошли на следующем этаже, Зака прижали к ней. Она чувствовала его плечо, их ноги соприкасались. Спокойствие Скай мгновенно улетучилось.

Она помнила все слишком отчетливо: сплетение их тел, то, как им было хорошо друг с другом.