— Почему холодными и в старости? — Удивился я, отступая ещё на несколько шагов.

— Потому что они всегда приходят. Эти холодные вечера, — ответил старик.

После этого он отвернулся и посмотрел на приближающегося слизня, как будто только что его заметил.

— Уходите, — повторил старик, не оборачиваясь, — у вас ещё есть немного времени, пока я не начал.

С этими словами он ринулся вперёд с неожиданной для старика прытью, меня прямо в слизня.

Тот, почуяв атаку, поднялся выше и застрекотал. Его стебелёк с единственным глазом затрепетал, будто на невидимом ветру.

Я отвернулся, не желая наблюдать за трапезой это твари. Но тут мне в спину внезапно ткнулась волна тёплого воздуха. Я увидел отсветы оранжевой вспышки.

Взрыв не был сильным. Я даже устоял на ногах. А, когда обернулся, успел увидеть, как обгоревшие остатки слизня уплывают вниз по реке, уносимые течением.

8

Ли была одна в кабинете. Но я чувствовал, что это видимое одиночество не более, чем формальность. За нашим разговором наблюдали. И не просто какие-нибудь сотрудники, которым это было положено по должности. Сейчас мы были в фокусе внимания людей, принимающих решения.

— Значит, он не ответил на прямой вопрос о том, что собирается сделать? — спросила профессор.

Я только что закончил подробный рассказ о встрече со стариком-лисом.

— Нет, — ответил я, — на этом разговор был окончен.

— А как вы сами думаете? — Ли пристально посмотрела на меня, — что именно он может предпринять?

Наверно, это был самый важный вопрос. Ключевой. Возможно, ради моего ответа к нам подключились важные люди.

— Не имею понятия, — говорить правду было легко и просто.

— Но вы ведь размышляли на эту тему? — Мягко продолжала Ли.

— Размышлял, — признался я, — мне катастрофически не хватает информации.

Ли сделала небольшую паузу, прикрыв глаза. Наверняка в этот момент она получала какие-то указания насчёт нашего разговора.

— Как думаете, у нас этой информации больше, чем у вас?

— Почти наверняка, — я пожал плечами, — нельзя сравнивать ресурсы одного человека и целой страны.

— А если мы с вами поделимся тем, что знаем — скажите, вы будете готовы поделиться своими соображениями насчёт того, что планирует этот… человек?

Теперь настала моя очередь задуматься.

Будь я у себя в России всё было бы значительно проще… «Это ведь не моя Россия, — напомнил я себе, — тут речь идёт о человечестве в целом. Я говорю с теми, с кем можно. Кто проявляет адекватность…»

— Да, — твёрдо ответил я, — обязательно поделюсь.

— Хорошо, — кивнула Ли, — давайте начнём с природы этого создания. Что вы знаете сейчас? Что думаете?

— Думаю, что оно — что-то вроде коллективного бессознательного множества людей из множества миров. Которое каким-то образом осознало себя как единое целое, — сказал я. После этого оно смогло противостоять диктату машинного сознания, которое представлял из себя Эльми. Эта синтетическая личность возникла среди самых развитых представителей человечества.

— Вы мыслите в правильном направлении, — кивнула Ли, — но есть важные нюансы, — она посмотрела мне в глаза, — давайте я начну с Эльми.

Я неопределённо пожал плечами, после чего изобразил внимание.

— Мы полагаем, что основа его личности возникает в тех вариантах Земли, развитие которых находится примерно на нашем уровне, — продолжала Ли.

— Это не сложно, — улыбнулся я, — именно сейчас возникают зачатки искусственного интеллекта.