В глазах Манни промелькнул страх, но он быстро замаскировал его под видом внимательного слушателя.

— Эллиот Лафкин проверил все бумаги и заверил отца, что все в полном порядке. Манни кивнул.

— Я польщен тем, что такой известный юрист… Но я не понимаю… Зачем вам с отцом это понадобилось? Вы что, мне не доверяете? Или Саше?

Некоторое время Миша молчал.

— А как насчет распределения? — ответил он вопросом на вопрос. — Здесь я в полном неведении. Так же, как и насчет твоей феноменальной способности заказывать для меня лучшие концертные залы. Похоже, что «Брайтон-Бич» в состоянии зарезервировать для меня любой зал в любое время. Здесь я тоже как во тьме. Я бы хотел обо всем этом поговорить.

В это время зазвонил телефон персональной линии связи. Миша снял трубку.

— Привет, это я, — услышал он голос Сирины.

Губы сами собой раздвинулись в радостной улыбке. Сердце словно остановилось. Тело моментально возбудилось. Его захлестнуло страстное желание коснуться ее, сжать в объятиях.

— Привет. Ну, где ты?

— В Хельсинки. У меня всего несколько секунд. Я просто хочу сказать, что скучаю по тебе.

— Я тоже.

— Я вот что подумала… Ты ведь приедешь в Берлин. Может быть, мы сможем встретиться как-нибудь вечером в Копенгагене или в Стокгольме?

— О Господи, Сирина! Когда ты сможешь освободиться?

— В конце этой недели.

— Тогда в воскресенье? В воскресенье я смогу приехать на несколько часов.

— Хорошо… в воскресенье.

— Я тебе позвоню, когда буду знать время. И забронирую номер в отеле. Хорошо?

— Прекрасно!

— Как тебя найти?

Она продиктовала номер телефона.

— Я тебе сразу же позвоню.

— Ну, мне пора бежать. До встречи в Копенгагене. Миша положил трубку. Некоторое время сидел молча, улыбаясь куда-то в пространство. Манни внимательно наблюдал за ним.

— Сирина? — произнес он наконец.

— Да.

— Не возражаешь, если я задам чересчур личный вопрос?

— Какой?

— Ты влюблен?

— Да… Нет… Не знаю. Я только знаю, что никогда ни к кому меня так не тянуло, как к ней. Никогда ни с кем у меня не было такого секса. Это ни на что не похоже. Какое-то невероятное химическое притяжение. Ты понимаешь, о чем я.

— Думаю, да, старина. Хотя должен признаться, сам я никогда ничего подобного не испытывал.

Миша с любопытством смотрел на него. Может быть, у них действительно роман с Сашей? Как-то они никогда на эту тему не заговаривали.

— В общем, мне кажется, что нас с ней свела судьба. Мы как будто предназначены друг для друга. — Он замолчал, глядя в пространство, поглощенный своими мыслями. — Мы родом из разных миров, у нас совершенно разные интересы. С другой стороны, мы оба имеем дело с искусством. У нас разный образ жизни и в то же время чем-то похожий: мы оба подчинены своей карьере и оба постоянно путешествуем.

— Может быть, она именно то, что тебе нужно, старина? Творческая натура, и все такое.

— Ты имеешь в виду: в противоположность Вере?

— Я имею в виду, что… Вера по-своему чудесный человек, но… она из тех, для кого важнее всего выйти замуж и осесть. Возможно, ради семьи она оставит и свою работу в «Кристи». Не очень творческая натура.

— В доме она очень даже творческая натура. Может творить чудеса с мебелью и картинами, любое жилье может сделать элегантным и комфортабельным. И готовит всегда выше всяких похвал.