– Крас предупредил, чтобы мы приготовились, – произнес маг голосом, усиленным заклинанием. – Он думает, что Смертокрыл еще может разрушить чары! Мы должны быть готовы атаковать черного в тот момент, когда это произойдет!

– Смертокрыл… – пробормотала Изера. – Глядя на него сейчас, я понимаю, как верно звучит это имя… – обращаясь уже к Ронину, она проревела: – Мы будем готовы!

Они должны будут нанести удар без промедления и все вместе. Это их единственный шанс… и он немногим лучше, чем попытка забрать диск из-под самого заклинания. Ночному эльфу не нравились их шансы, но он собирался призвать на помощь из Калимдора все, что сумеет.

Понимая, что это последняя надежда для всех, кого он любил, сердце друида инстинктивно потянулось к Тиранде. Не к Иллидану, а к Тиранде. Он хотел поговорить с ней в последний раз, знать, что она сумеет выжить… даже если сам он погибнет.

Малфурион?

Друид чуть не соскользнул со спины Изеры. Поначалу он решил, что голос в его голове всего лишь иллюзия или, возможно, какая-то уловка темных сил, с которыми они сражались. А потом почувствовал, что это был не кто иной, как Тиранда, которая связалась с ним прямо сейчас.

Друид вспомнил, что именно жрица помогла ему вернуться в свое тело, когда он сам не сумел этого сделать. Их связь была намного сильнее, чем он мог себе представить, и в тот миг, когда Малфурион подумал об этом, он ощутил, что девушка тоже заметила это.

Малфурион! – повторила она с большей надеждой. – Ох, Малфурион! Это ты!

Тиранда! Ты жива! А ты… они ведь…

Жрица поспешила успокоить его:

Хвала Матери-Луне, она присматривала за мной, а еще мне помогали Высокорожденные, стремящиеся вернуться к нашему народу! Я знаю, что ты делал то, что должен был! Но послушай! Твой брат…

Мой брат…

Не успела она упомянуть Иллидана, как друид почувствовал его присутствие, когда-то так похожее на его собственное, совсем рядом с Тирандой. Так близко, что они должны были касаться друг друга.

Брат… – начал было Иллидан.

Ты!

Внутри Малфуриона что-то вспыхнуло, и он осознал, что должен немедленно проверить это «что-то». Однако, несмотря на все усилия, друиду так и не удалось этого сделать.

Малфурион! – послышался жалобный зов Тиранды. – Прекрати! Ты убьешь его!

Он понятия не имел, что именно делал с Иллиданом, но все же сосредоточился, пытаясь вернуть назад то, что выпустил. К своему удивлению, друид почувствовал, как Иллидан быстро приходит в себя.

Никогда… никогда бы не подумал, что в тебе есть это… брат… – в то время, как его тон был по обыкновению снисходительным, в голове Иллидана появилось ошеломляющее осознание, что близнец, которого он всегда считал слабым, на самом деле не был таким.

Тебе придется за многое ответить, Иллидан!

Если мы выживем, я отвечу на все предъявленные мне обвинения…

В его словах была доля правды. Какой смысл осуждать Иллидана, если все они погибнут? Кроме того, Малфурион понял, что растрачивает на брата драгоценные силы.

Отбросив мысли об Иллидане, друид снова прикоснулся к сознанию Тиранды:

Ты в порядке? Он ничего тебе не сделал?

Ничего, Малфурион. Клянусь Элуной… но сейчас мы прячемся в развалинах возле Источника и даже не осмеливаемся произнести заклинание! Повсюду воины демона Маннорота! Я думаю, они догадываются, где мы, несмотря на чары Иллидана и мои молитвы…

О, как бы он хотел пойти за ней, но это снова было невозможно. Малфурион выругался.

Если мы сумеем преуспеть в…

Но прежде, чем он смог передать что-то еще, Смертокрыл издал ужасающий рев.