— Не понимаю, каким образом я могу пострадать. Мне уже многое известно. То, что отец был плохим бизнесменом, что, погруженный в свои фантазии, он потерял чувство реальности, что намеревался втянуть Гатри и Кеньона в финансовую трясину. — Траск с силой сжал пивную бутылку. — Я просто хочу выяснить, действительно ли он погиб в результате несчастного случая.

Начинало темнеть. В нескольких домах по соседству вспыхнули окна.

— Не знаю, стоит ли говорить. — Алекса отрешенно смотрела перед собой. — Не хочу добавлять сучьев в твой костер.

— Он так разгорелся, что уже безразлично, добавишь ты в него сучья или нет.

— Сегодня я узнала, что Уэбстер Белл был категорически против брака Джоанны с твоим отцом.

Траск развернулся так резко, что Алекса даже испугалась.

— Кто это сказал?

— Дилан Фенн и Стюарт Люггон. Оба говорили совершенно уверенно. Дилан даже был свидетелем, как Джоанна и Уэбстер ссорились из-за этого.

— Но почему?

— Уэбстер опасался, что твой отец промотает все деньги Джоанны.

Траск сделал большой глоток пива.

— Ну что ж, он был прав.

— Должна добавить, — проговорила Алекса после недолгого молчания, — что возможна еще одна причина, почему Белл был против замужества сестры. Все ее деньги были вложены в «Институт».

Траск был потрясен. «Как можно было не увидеть столь очевидный вариант? Надо же, Уэбстер Белл! Другая версия лежала на поверхности, а я, одержимый единственной, которую вбил себе в голову, эту не замечал».

— Вот видишь, наше деловое сотрудничество начинает приносить результаты.

«Алекса прекрасно готовит, — думал Траск. — Аризонская кухня чуть островата, но вкусно».

Они ужинали во дворике, при свечах. А сверху еще струился мягкий лунный свет. Небо, похожее на темно-синюю чашу, усыпанную бриллиантами. Теплый ласковый воздух.

«Более романтическую обстановку и вообразить себе трудно, — подумал Траск. — Интересно, как она отреагирует, если я ее сейчас поцелую? Скорее всего выпроводит за дверь. Мне кажется, вчерашнее наше безумие она считает серьезной ошибкой. Нет, наверное, торопить события пока не стоит».

Алекса поднялась принести чайник. Через минуту вернулась и разлила чай по чашкам

— Ну вот, ты уже хорошо размешал варево в своем котле. Что дальше?

— Подожду. Пусть варится.

Она вскинула голову.

— А как с Беллом?

— Утром позвоню Окуде…

— Какому Окуде?

— Детективу, которого нанял. Его зовут Фил Окуда. Поручу проверить Уэбстера Белла. Но честно говоря, в данный момент я грешу на Гатри.

— Из-за вчерашнего инцидента?

— Этот инцидент весьма показателен. Гатри перепугался. У меня предчувствие, что, если бы я надавил сильнее, он бы сломался.

— А если он ни в чем не виноват, а ему просто не понравилось твое намерение копаться в его прошлом? Ты же видел, что это за человек.

— Вот поэтому-то я и считаю его подозреваемым номер один, потому что видел, что это за человек. Он…

Его речь прервали какие-то неясные звуки вроде скрежета металла, которые донеслись со стороны шоссе.

Они повернулись посмотреть в ту сторону.

Траск отодвинул стул.

— Пойду посмотрю.

— Я с тобой, — быстро сказала Алекса.

За холмом возникли отблески оранжевого зарева.

— Сначала позвони по 911. И принеси фонарь, если у тебя есть.

Траск перескочил ограду и быстро пошел в сторону шоссе.