— Если я вернусь, то смогу рассказать Эндрю, что случилось, — прошептала я. — Будет лучше, если исчезнем мы оба, словно мы убежали вместе.

Я посмотрела на Дерека. Его лицо приобрело зеленоватый оттенок, словно его сейчас стошнит.

— Мне очень жаль, — выдавил он наконец чуть громче шепота. — Они собирались убить тебя, потому что ты пришла сюда со мной. Помочь мне. Я попросил тебя прийти.

— И где тут твоя вина?!

Я едва сдержала яростный крик. Я злилась не на Дерека, а на них… всех, кто заставил его вот так себя чувствовать. Прежде чем я успела извиниться, он заморгал, и я поняла, что мой гнев подействовал лучше, чем любые слова утешения.

— Они нацелились на тебя, потому что ты оборотень, — сказала я. — Вот и все. Ты не сделал ничего плохого и ничего не можешь изменить. Это их проблема.

— Но если я знаю, что это проблема, я не должен вмешивать других.

— И что, тебе стоило прийти сюда в одиночку? Это…

— Дело не только в этом. Я подвергаю тебя и Саймона опасности…

— Находясь здесь? И какой у тебя выбор? Сбежать? Отказаться от поисков отца? Бросить Саймона?

Он моргнул.

— Нет, я бы не оставил… но я чувствую, что…

— Чувствуешь что?

Он покачал головой, глядя в сторону.

Я встала перед ним.

— Чувствуешь что, Дерек? Что ты должен уйти? Что нам лучше без тебя?

Он пожал плечами и снова отвернулся. Я была права. Он просто не хотел слышать эту мысль озвученной: слишком тянет на жалость.

— Никому не станет лучше, если ты уйдешь.

— Да, — неубедительно пробормотал он.

— Ты нужен Саймону.

Он кивнул и посмотрел в лес.

Ты нужен мне. Конечно же, я этого не сказала. Как я могла? Но я чувствовала, как бьется сердце, и мои чувства нельзя было облачить в романтическую чепуху: «Я не могу без тебя». Они намного сильнее, отчаяннее.

Стоило мне подумать, что Дерек нас покинет, как земля уходит из под ног. Мне нужно было за что-то держаться, что-то твердое и настоящее, когда все вокруг меняется так быстро. Даже если бы было время, когда я думала, что будет легче без Дерека, готового разорвать меня как тузик грелку за каждую провинность, меня поддерживала его брань — он заставлял меня думать, становиться лучше, не давал зарыть голову в песок и молиться, что все обойдется.

Он повернулся и, должно быть, прочитал это в моих глазах. Как можно быстрее я попыталась скрыть от него свои чувства, но оказалась не достаточно быстра, и когда он посмотрел на меня, как он на меня посмотрел…

Паника. Я испугалась, мне вдруг захотелось быть именно здесь и одновременно где-нибудь еще, и я хотела, хотела…

Я разорвала зрительный контакт и, глядя в сторону, приоткрыла рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но он притянул меня к себе.

— Я никуда не уйду, Хлоя. — Он почесал себя по плечу и нахмурился, словно распутывал некую головоломку. — Я не хотел придавать своим словам…

— Драмы?

Короткий, резкий смех.

— Да, наверное. В последнее время нам и так выпало слишком много бед. Я предпочитаю действовать.

— Я слышу тебя. — Я подняла сотовый телефон. — Может быть, с этим мы сможем подтолкнуть действие. Готов поговорить с Эндрю?

Он кивнул, и мы направились к дому.

Лишь когда мы вернулись, на нас навалились все события ночи. Кто-то хотел смерти Дерека и был готов пожертвовать мной, потому что… ну, как я понимаю, это не имело значения.