– Согласен, согласен! – подтвердил Стран. Казалось, не будь на нём забрала шлема его защитного скафандра, стало бы видно, что он улыбается.

Людоеду такое лояльное отношение было, конечно, на руку. Всегда легче, когда объект интереса ничего не подозревает, а уж если он ещё и считает дурачком тебя, так это вообще подарок! Мамба, повернувшаяся спиной к ведомому, хитро подмигнула Людоеду. При взгляде на неё лидер вдруг ощутил желание… Неудивительно, он уже довольно давно обходился без «этого». Боевой драйв как-то компенсировал воздержание, но полностью вытеснить не мог. Неистребимая потребность – без которой, по мнению Людоеда, вполне можно было бы обойтись, если бы она не досталась в наследство от предков, – не позволяла о себе забыть в самые неожиданные моменты.

Самец ведь, хоть и не совсем уже человеческий…

Интересно, как к нему на самом деле относится Мамба? Им-то, самкам, вполне достаточно для «этого» общества самих себя. А вот мужчина иначе устроен, он по доставшейся от предков природе своей жаждет зачинать, и ему нужно это предназначение исполнить, а принять или не принять – это выбор как раз жен…

– Слева! – крикнул Полоз.

– Где?! – резко обернулся Людоед.

Оттуда, куда показывал Полоз, к четверым бродягам неровной походкой приближался странного вида… человек? Цвет лица под капюшоном, накинутым на голову, был тёмным, но не от природы, а из-за искусственно проявившихся прожилок, сетками опутавших кожу. Глаза с налитыми кровью белками блуждали туда-сюда.

Людоед сразу сообразил, что перед ними такое. Однажды подобное случилось с одним из его напарников, которого укусила больная технояростью собака-техорг. В считаные часы техновирусы распространились по всей кровеносной системе, перестраивая метаболизм организма. У того наёмника также изменился цвет кожи; в точности как у этого бедолаги в капюшоне, она сплошь покрылась тёмными прожилками. С момента укуса теневик тогда начал кусками терять память, через день он забыл почти всё, в том числе своего командира. У него начался приступ буйства, в котором он отправил на тот свет ещё двух наёмников, пока его не прикончил Людоед.

У этого заражённого – всё по тому же сценарию. Главное, непонятно, что за бродяга, на кланового не похож, на живущего в каком-либо форте или гарнизоне тоже, на обменщика тем более… Может, оборванец из какой-нибудь секты вроде «Узды Хаоса» или этих… фанатов долбаных «мировых властелинш». Если да, тогда так ему и надо, засранцу! Сейчас он уже ничего не помнит, из-за этого бесится, потому что понимает, что болезнь осилила и что забылось всё, когда-то слагавшее его суть. И поэтому заражённый накинется на любого встречного.

Что с ним делать, Людоед определил сразу. Разве что проскочил бы мимо них, но такое везение было невозможным. Бешеный уже приближался к ним по практически прямой траектории. Вопрос лишь в том, стоит ли тратить на него драгоценные патроны.

Добровольно приближаться к заражённому впритык Людоед не рискнул бы. Лучше уж убежать. Заразиться бешенством – паскуднейший вариант того, как можно закончить свою жизненную ходку. Исход этой болезни всегда летален – спустя сутки-двое организм полностью отказывался бороться со взбесившимися «козявками».

– Стран, – предложил Людоед, – выстрели в него, это разъярённый, он болен.

– Чем болен? Яростью?..

– Да. Ему уже не помочь. Ты его прикончи, а то у нас каждый патрон на счету.

– Логично.

Больной приближался. Изнурённое внутренней борьбой, изуродованное лицо застыло. Из оскаленного рта текла слюна… Вдруг темнолицый остановился, присел на корточки и выпростал язык наподобие собаки.