— Я мечтаю об этом, хотя уничтожу их, если на тебе будет хоть царапинка. Но мы не можем возложить на это все наши надежды. Если мы ошибемся…

Все, кого он любит, умрут. Все надежды потонули. Тогда что он мог сделать? Как ему заполучить искомую информацию? Когда он подчистил тарелку, постаравшись охнуть и крякнуть несколько раз, будто проглотил сами небеса, души подкинули ему идеи.

В основном, они обдумывали, не вселиться ли в тело схваченной ведьмы, не прогуляться по городу и не покричать ли, пока не покажется одна из ее подруг. Неплохо, но Эйден мог угодить в тюрьму за нарушение общественного порядка или что-нибудь в этом роде.

Хотя вселение… на самом деле, могло бы сработать.

— Вот что мы сделаем, — произнес он твердо. — Когда мы закончим дела с твоими людьми, нужно, чтобы ты забрала меня к ведьме. Я вселюсь в нее и попытаюсь прогуляться по ее жизни до прошлой недели и последних дней, посмотрю, говорила ли она кому-нибудь о нас.

Ярко-голубые глаза Виктории расширились.

— Блестяще!

— Спасибо.

Он только молился, чтобы не столкнуться с помехами, как в случае с нечеловекоподобным врачом.

Подождите. Что? Помехами? Когда это он был в голове доктора Хеннесси?

— Прежде, чем ты встретишься лицом к лицу с ведьмой, тебе нужно нанести защиту, — сказала Виктория, вытаскивая его из мыслей. — И возможно, я тоже дополнительно защищу свое тело. Мне кажется, я рассказывала, в последнее время мой зверь рычит чаще обычного. С тех самых пор, как мы целовались в машине… — Она поежилась и передернулась. — Я едва выдерживаю рев в голове и возникающий от него страх. Что, если он выберется? Уплотнится? Что если он нападет на тебя, кажется, он этого хочет?

— Не думаю, — ответил Эйден. — Что он нападет, я имею в виду. — Он не мог знать этого наверняка, пока на самом деле не столкнется со зверем лицом к лицу. Он просто помнил, как оно потянулось к нему, будто приласкать, а не порвать на части. Но мог и ошибаться. Конечно, с ним бывало такое и прежде. — Давай пока не будем волноваться, ладно?

— Ты прав. Идем. Я провожу тебя на собрание, и пока ты будешь на заседании, я соберу все необходимое для защиты.

***

Эйден и члены совета сидели в комнате черного цвета. Черные стены, черный металлический стол, черные стулья, куполообразный черный потолок с подвесной люстрой из черных кристаллов. Единственной декорацией, которую здесь можно было найти, были эти странные символы. Защита. Ими были покрыты все гладкие поверхности зала.

Все глаза были обращены к нему, а некоторые из них приклеились к бьющейся жилке на шее. Кто-то из вампиров облизнул губы. Он почти боялся, что они потребуют закуску, а его кровь могла быть единственной доступной пищей.

«Неловко-то как», — пропел Калеб.

«Может, не знаю, что-нибудь сделать», — предложил Джулиан.

Элайджа вздохнул.

«Я хочу уйти. Не нравится мне это».

Эйден прочистил горло.

Несколько мужчин потрясли головой, приходя в себя.

— Нам многое предстоит сделать сегодня, так что давайте начнем. Первый вопрос на повестке дня, — сказал один из них. Эйдену тяжело было указывать им роли, и ради всего святого, он не мог вспомнить их имена. — Брошено множество вызовов на поединок.

— Поединок? — переспросил Эйден.

Все вокруг начали говорить с ним одновременно, будто его здесь и не было.

— Несколько вампиров из элиты хотят вызвать тебя на поединок, чтобы править короной.

— Я удивлен, что они не перерезали мальчишке горло, пока он спал.