Скорее всего. Это должно его волновать, но именно тогда его ничто не заботило.

Пока знакомства продолжались, он настроился на голоса и изучал окружающую обстановку. Даже без Элайджи, Джулиана и Калеба, забрасывающих его своими мнениями каждые несколько секунд, Эйден все еще был рассеян и не способен сконцентрироваться. От возвышения прямо до двойных дверей простиралась длинная красная ковровая дорожка. Те же символы с завитушками, что украшали трон, декорировали и дорожку.

Вокруг не было ни одной лампы, только от затейливых канделябров исходил мерцающий золотистый яркий свет и струйки черного дыма. С каждой стороны комнаты находились довольно странные каменные лестничные ступеньки, или трибуны, на которых стояли четыре круглые колонны, тянущиеся к куполообразному потолку. Они вели к платформе, где стояли охранники в униформе, бока которых были стянуты мечами.

На ступеньках сидели люди. Он знал, что это были люди, потому что их кожа была цветной, от слегка загорелого до темного мокко. Плюс, их черты лица не были совершенными в отличие от вампирских. На них тоже были мантии, но без драгоценностей и рукавов. Для того чтобы облегчить доступ к венам, предположил Эйден. И ему не пришлось спрашивать их, раз уж они хотели быть здесь. Они наблюдали за вампирами с невозмутимой тоской в глазах.

«Рабы крови», подумал он. Однажды Виктория рассказывала ему, что люди быстро становятся зависимыми от укуса вампира. Эйден тогда не поверил ей, но верил сейчас. С тех пор она кусала его дважды, и каждый раз это было… блаженство. Ее зубы вырабатывали какой-то химикат или наркотик, который вызывал онемение человеческой кожи, а потом ласково прижигали кровь.

— И наконец, — произнесла Виктория рядом с ним, возвращая его мысли в настоящее, — я рада представить тебе моих сестер.

Они уже дошли до конца? Как долго он рассматривал комнату?

— Сначала, — продолжала она, — Принцесса Стефани.

Вперед выступила красивая блондинка, склонив голову в приветствии. Как и на остальных, на ней была мантия. Она подошла и скинула ее с плеч, вещица соскользнула и упала кучкой на пол у ее ног. Она подняла подбородок, практически бросая ему вызов. По крайней мере, под мантией у нее была одежда. На ней осталась черная футболка с украшенной драгоценностями радугой по центру, макияж соответствовал ей, а также черные джинсы и ярко-красные сапоги до колен.

Когда он ничего не сказал о смене ее одежды, она расслабилась.

Она жевала жвачку, взгляд ее зеленых глаз блуждал по нему.

— Мило, — объявила она. — И, ох, детка, ты излучаешь сильную энергетику, не так ли? Так и хочется дотронуться до тебя.

Держу пари, что зубами.

— Эм, спасибо, — произнес он. Все говорили только «Мой король» или вообще молчали. Ну, из тех, кого он помнил. — Прошу, без обид, но я против.

Она уклончиво усмехнулась.

— Так ты тот, кто победил Дмитрия, да?

— Похоже на то. — Когда пошли в ход кулаки и клинки, он не знал, что ждет его в случае успеха. Если бы он… Нет, подумал он. Это неважно, он все равно сделал бы то, что сделал. Его инстинкты взяли над ним верх, и он хотел уничтожить того, кто хотел уничтожить Райли и Мэри Энн. И ладно, хорошо, он хотел превратить парня, который собирался жениться на Виктории, в ничто.

Стефани выгнула бровь.