— Хорошо. Мир был захвачен инопланетянами. А теперь ЦРУ полагается на тебя, чтобы защитить человеческую расу... — Он продолжил рассказывать свою историю, изображая идеальную картину, которую и я смогла себе представить.

Я с увлечением наблюдала за ним.

— Как тебя зовут? — спросил он.

Мои брови сошлись вместе. — Наоми.

— Нет. Как тебя называть? — подчеркнул он медленно. — Просто представь, и ты будешь кем угодно.

Я улыбнулась, хватаясь за смысл его слов. Возможности бесконечны. — Клэр...нет, мне нравится Джулия. Ох! Нет! — Я взволновано села на колени. Я не могла здраво мыслить. Это было так  волнительно. — Я хочу быть Эллиот Кид! Мне нравится!

— Хорошо, — ответил он, а затем улыбнулся. Это было правдиво и честно. Ничего лживого. Я заработала эту улыбку от Лаклана Холстеда и сделаю что угодно, лишь бы заработать еще одну.

Он болтал со мной на протяжении нескольких часов до тех пор, пока не взошло солнце. Пока мои глаза не начали закрываться. Пока не пришло время уходить домой.

В ту ночь Лаклан Холстед разбудил меня и утянул мой разум в новый мир. Я была слишком молода, чтобы осознать, что в таком юном, десятилетнем возрасте, я охотно отдала ему свое сердце.

ГЛАВА 9. КОМНАТА № 62— Ты хоть поспала?

Я смотрю на Мэри. — Немного.

Она наклоняет голову, на ее лице сочувствующий взгляд, и я могу сказать, что она прекрасно понимает, что я лгу.

Мы подходим уже довольно близко к двери доктора Ратледж, когда медсестра останавливается перед Мэри, отталкивая ее. Я уже видела эту медсестру поблизости. Она одного возраста с Мэри, но ее лицо постоянно хмурое. Она носит темную, однотонную одежду, которая соответствует ее жесткой личности.

Мои глаза сужаются, и я вижу, как губы медсестры быстро двигаются. Могу разобрать лишь обрывки фраз, но вижу, как они образуют слова «предлагать» и «групповая терапия».

Внезапно мне становится трудно дышать.

Групповая терапия.

Ни в коем случае. Никоим образом. Я лучше сделаю себе лоботомию, чем буду сидеть в кругу и обсуждать свои проблемы.

Мэри смотрит на меня через плечо. Вы осознаете, что все плохо, когда ваша медсестра (причем, самая нормальная среди остальных) не выглядит счастливой. Мне нужно убежать от этого взгляда.

Встревоженная медсестра уходит, оставляя меня и Мэри в неловком молчании.

— Смена планов, — объявляет Мэри.

— Что ты имеешь в виду?

Она мягко берет меня под руки, и мы быстро разворачиваемся. — Доктор Ратледж хочет, чтобы ты попробовала групповую терапию.

Я перестаю идти и смотрю на нее.

— Я не хочу на групповую терапию.

Она тянет меня за руку. — Почему нет?

— Я просто...я просто не хочу этого делать.

— Групповая терапия очень эффективна, — рассуждает она.

— Может быть для кого-то другого, но только не для меня.

Мэри не отвечает.

— Я видела, как ты смотрела на меня, когда с тобой разговаривала медсестра! Ты тоже думаешь, что это плохая идея.

— Сделай попытку. Тебе же нечего терять.

Иными словами: У тебя нет выбора. Пока у тебя не появятся улучшения, придется делать то, что велят.

Я переставляю ноги, чувствуя, будто иду на казнь.

— Как долго она длится?

— Всего лишь час.

Мы заходим в комнату под номером 62. Большое открытое помещение, где проводят почти все терапевтические сеансы. Синие пластиковые стулья стоят в центре комнаты.