Однако, вопреки ее мрачным предсказаниям, нашелся свободный столик в углу. Они сели. Мариаграция сняла накидку.

— Знаете, — сказала она, окидывая взглядом зал и обращаясь сразу ко всем трем своим спутникам. — Тут масса знакомых… Посмотри, Карла… Вон сидят Валентини.

— И Сантандреа, мама.

— И Контри, — добавила Мариаграция. Она слегка наклонилась и, понизив голос, сказала: — Кстати, о Сантандреа. Ты знаешь, какое свадебное путешествие они совершили два месяца назад в Париж? В одном и том же спальном вагоне ехали новобрачный, новобрачная и ее друг. Ну… как его зовут?

— Джорджетти, — подсказала Карла.

— А, точно — Джорджетти!.. Подумать только, что происходит. Послушаешь со стороны, так даже не верится!

Музыка умолкла, после вялых хлопков танцоры вернулись на свои места. И сразу же шум голосов в зале стал сильнее. Мариаграция повернулась к Лео.

— А не сходить ли нам сегодня еще и в театр, посмотреть французскую труппу, — предложила она. — Мне оставлены билеты в ложу на сегодня либо на послезавтра.

— Сегодня не смогу, — ответил Лео, пристально глядя на Карлу. — В одиннадцать у меня очень важное свидание.

— Свидание в одиннадцать вечера, — с иронией и подчеркнутой небрежностью повторила Мариаграция. — А скажите, Мерумечи, — с мужчиной или с женщиной?

Лео заколебался — стоит ли пробуждать ее ревность?

— Разумеется, с женщиной, — ответил он наконец. — Но я неточно выразился… Это не свидание, а видите ли… будет скромный ужин… В доме одной моей приятельницы, которая собирает старых друзей.

— Кто же эта синьора, если не секрет? — злым голосом спросила Мариаграция.

Лео растерялся. Он не предвидел столь нескромного вопроса. Стал лихорадочно подыскивать имя женщины, которая была бы незнакома Мариаграции.

— Смитсон, — сказал он наконец. — Художница Смитсон.

— О, чудесно! — с едким восторгом воскликнула Мариаграция. — Смитсон… Мне ужасно жаль, но как раз позавчера я была у ее модистки. И она показала мне модель шляпки, которую Смитсон велела ей прислать в Милан… Увы… ваша художница уже пять дней, как находится в Милане!

— В Милане?! — изумился Лео.

— Да, да, — вмешался в разговор Микеле. — Разве ты не знаешь? Выставка ее картин открывается на несколько дней раньше, чем предполагалось.

— Итак, отправляйтесь к вашей Смитсон. — Мариаграция ядовито усмехнулась. — И поскорее! Но боюсь, что если вы и успеете на ближайший поезд, даже на самолет, то все равно опоздаете на свидание.

На секунду она умолкла. Лео не отвечал. Карла со страхом посмотрела на мать.

— Дорогой мой, у лжи короткие ноги, — не унималась Мариаграция. — Хотите, я вам сама скажу, кто эта достойная синьора, которой вы собираетесь нанести визит? Наверняка это не порядочная женщина, таких вы избегаете… Скорее всего — какая-нибудь кокотка низкого пошиба.

Карла побледнела так сильно, что Лео с испугом подумал: «Сейчас она упадет в обморок либо разрыдается». Но ничего подобного не произошло.

— Мама, не кричи так, — спокойно сказала Карла. — Тебя могут услышать за соседним столиком.

Один из оркестрантов трижды ударил в барабан. Танцы возобновились.

— Ну, Лео, идем потанцуем, — предложила Карла.