Секунду все трое молчали.

— Но, Микеле, — добавила Карла, — ты пойдешь с нами только при условии, если переоденешься…

— Да, конечно…

Микеле наклонился. Ботинки покоробились, брюки до самых колен были забрызганы грязью, а сам он весь промок.

— Конечно, ты права, Карла. Он встал.

— Тысячу раз благодарю тебя, мой великодушный друг, удаляюсь, дабы привести себя в порядок.

Он отвесил Лео поклон и ушел.

— Мне очень грустно, — сказала Карла еще до того, как за Микеле закрылась дверь.

— Почему?

— Сама не знаю. — Она посмотрела на темные оконные стекла, по которым стекали сверкающие капли дождя. — Может, из-за дождя. — Ее голова томно склонилась к Лео. Лео нежно погладил ее по волосам и поцеловал.

— Будешь танцевать со мной. Только со мной одной. Мама посидит… Она сможет потанцевать с другими… Ну хотя бы с Микеле, — с откровенным бесстыдством сказала Карла. Она резко засмеялась, ей показалось, что она и в самом деле постарела на целый год. «Это конец», — подумала она.

Они снова поцеловались.

— Значит, вечером ты придешь ко мне, да, Карла? — небрежным тоном сказал Лео.

Она побледнела.

— Как это к тебе?

— Ко мне домой, — пояснил Лео, глядя ей прямо в глаза. Он увидел, что она колеблется, — наклонила голову, словно ища что-то на ковре.

— Нет… Это невозможно, — сказала она наконец.

— Почему? — не сдавался Лео. — Ты обещала… И ты должна прийти.

— Нет… нет. — Она покачала головой. — Это невозможно.

Секунду оба молчали. Лео смотрел на Карлу, тугая грудь под узким платьем возбуждала его, кровь прилила к его лицу, и без того красному.

«Какой чудесной любовницей будет эта курочка! — подумал он. — Ах, какой она будет любовницей!» Он стиснул зубы, сгорая от страсти, обнял ее за талию.

— Карла, ты должна прийти, так нужно, если ты не придешь, то… — Он запнулся, лихорадочно подыскивая убедительный довод. Внезапно он вспомнил, до чего ей осточертела ее теперешняя жизнь и как она жаждет новой. — То как же ты сможешь начать новую жизнь?! — тихо докончил он.

Она посмотрела на него. «Он хочет всего лишь поразвлечься, — трезво подумала она. — И все-таки он прав — это будет новой жизнью». Она понимала, что для этого сначала надо безжалостно испепелить прошлое, но ночное свидание в чужом доме было ей противно, пугало ее.

— Я приду днем, — предложила она с лицемерным простодушием. — В один из ближайших дней… Да? Выпьем чаю, побеседуем… Хорошо?

— Не хочу чаю, я в тебе души не чаю, — сказал Лео. И сразу же после этой плоской остроты перешел в атаку. — Нет, любовь моя… либо сегодня ночью, либо никогда.

— Но пойми, Лео… — умоляюще лепетала она.

— Я буду ждать тебя в машине, — продолжал Лео. — И еще до наступления утра отвезу домой. — Он на миг взглянул на нее. — Вот увидишь, тебе это так понравится, что ты станешь проводить у меня все ночи.

— Нет, — испуганно шептала она.

«Нет, все должно быть ясно… придется все сказать…» Она посмотрела на Лео, и вдруг ей захотелось закричать от ужаса. «Все ночи, — повторила она про себя… — Что он такое говорит? Как я дошла до этого?»

— Я уверен, что ты придешь, — сказал Лео и грубо взял ее за локоть, — Скажи, что придешь! Да?

Она ухватилась за последний предлог.