Изменить размер шрифта - +
Она сделала еще несколько шагов, а потом остановилась и протянула руку, чтобы Чжан тоже остановился.

Она что-то услышала.

Определенно, она слышала что-то, человеческие звуки. Звуки, похожие на шепот.

 

47

 

Чжан стоял совершенно неподвижно. Старался не дышать, даже когда Петрова развернулась и уставилась ему в лицо. Он прикусил губу, раздумывая, осмелиться ли что-то сказать: она ясно дала понять, что хочет, чтобы он молчал. Наконец она отвернулась и пошла обратно по коридору, жестом позвав его за собой. Оружие она держала низко, у бедра, ствол направлен в палубу. Так меньше шансов застрелить кого-нибудь случайно.

Петрова шла вперед почти бесшумно. Мутный коридор тянулся около сотни метров и закончился массивным закрытым люком. Должно быть, это вход на капитанский мостик. Повсюду таблички, предупреждающие, что вход запрещен. Горит ярко-красная лампочка.

Женщина с короткими каштановыми волосами стояла на коленях перед люком. На ней был зеленый комбинезон, но один рукав почему-то был оторван.

Она не обернулась, когда они приблизились. Казалось, она вообще их не замечает. Когда она заговорила, Чжан едва не подпрыгнул.

– Тебе нужно поесть, малышка. – Голос женщины был мягким, почти певучим, как у матери, обращающейся к своему младенцу. Она определенно обращалась не к нему и не к Петровой. – Пора. Пора.

Петрова оглянулась на Чжана. Он понятия не имел, чего она от него хочет, поэтому просто пожал плечами, решив, что лучше оставить женщину, но у Петровой явно были другие планы.

Женщина подняла руку и погладила люк перед собой с неподдельной нежностью.

– Тебе нужно поесть. Ты, наверное, так голодна, малышка. Давай, открывай.

Петрова подняла пистолет и очень осторожно, крепко держа его двумя руками, направила его на затылок женщины.

– Служба надзора! Повернитесь. Медленно, – приказала она. Первые слова, которые она произнесла с тех пор, как они поднялись на борт, подумал Чжан. Каждый звук отдавался в тишине как пушечный выстрел.

– Служба надзора, – отозвалась женщина, – слава богу.

– Вставайте, – велела Петрова. – Повернитесь к нам лицом. Не делайте глупостей.

– Вы можете мне помочь. – Женщина по-прежнему не двигалась. – Мне нужно открыть эту дверь. Вы ведь можете это сделать?

– Я не собираюсь повторять дважды, – сказала ей Петрова.

Женщина кивнула и медленно, осторожно поднялась на ноги.

– Я так боялась поначалу. Но я им нужна. Они, должно быть, уже так голодны.

Чжан нахмурился.

– Кто? Кто по ту сторону люка?

– Моя… Мой ребенок там. Ей нужно поесть.

Женщина повернулась к ним лицом. Чжан отшатнулся назад, чуть не упав. Он увидел, почему у комбинезона не было рукава – на руке женщины не хватало кусков кожи, квадратные участки выглядели так, будто их удалили скальпелем. Вокруг ран запеклась кровь.

Ее щека тоже была рассечена. Рана была гораздо больше и свежее, настолько глубокая, что через разрез Чжан мог видеть, как шевелятся ее зубы внутри рта. Рана была такой же квадратной, как и на руке, но кровь все еще текла по подбородку и шее.

– Мне было страшно. Но это даже не больно. А ей так нужно поесть.

 

48

 

Петрова двинулась вперед с удивительной быстротой. Она зацепила ногу женщины своей, быстрым движением колена сбила ее и бросила на пол. Через секунду женщина уже была прижата к стене, а Петрова держала ее одной рукой за шею, удерживая на месте.

– Что вы делаете? – воскликнул Чжан.

– Она сумасшедшая, – ответила Петрова.

Быстрый переход