И сработало. Длань посчитала, что раз отросток выходит из моей ладони, то логичным образом является продолжением руки. А на этот счет у нас с артефактом был определенный уговор. Иными словами, я мог лишить любое существо его способности. Что сейчас и сделал.

Артефакты Культа

2/6

Текущая заполненность живой энергией – 18 %

Внимание! Заполненность артефакта меньше 20 %, что влияет на его целостность и структуру. Если не заполнить артефакт в ближайшее время энергией, то синергия будет нарушена, что может привести к разрушению артефакта или смерти обладателя.

Однако! Я рассчитывал на более экономичный расход Длани. Все же не Сердце, чтоб его. Или это своеобразный налог на первое использование? В любом случае, я сейчас ни о чем не жалел.

Громадный крот оказался обездвижен, а из-под земли раздался женский стон. Я бы оставил валькирию там, однако вдруг чертовка продержится без воздуха минуту и снова превратится в тоннелепроходческий комплекс?

– Надо откопать! – крикнул я Молчунам. – Живо.

Вот он момент истины. Если те действительно задумали заговор, то сейчас самое время привести его в исполнение. У меня даже на лбу испарина выступила. Однако зря.

Вперед бросился тот самый здоровенный мужик, которого Башка назвала Белоручкой. Еще несколько Молчунов двинулись вслед за ним, но пока они телились, амбал уже стал бить землю огромными кулачищами. Те, вроде, раньше были значительно меньше. Да и, мне кажется, что это какая-то нездоровая фигня, когда кулаки превосходят размером голову.

Конечности Белоручки по своему эффекту напоминали самый мощный отбойный молоток. Потому что не прошло и двадцати секунд, как наружу была вытащена присыпанная землей валькирия. Немного помятая, судя по неестественной выгнутому локтю, даже со сломанными костям (Белоручка с извлечением не церемонился), но еще живая и жадно глотающая воздух. Значит, операцию по спасению следует признать выполненной успешной. Теперь можно и убивать.

– Нет, – отрицательно покачал я головой здоровяку, который потянулся к шее пленнице. – Я сам.

Лидер не должен страдать, сомневаться и быть слабым. Даже если ты ошибаешься, никто не вправе в тебе усомниться.

– Сука! – закричала валькирия. Она понимала, просить о пощаде попросту бессмысленно. Да и время пугаться и, как бы иронично это не прозвучало, зарывать голову в песок прошло. – Чтобы тебе в аду гореть!

– Думаешь, там будет хуже?

Я вытащил пистолет, снял с предохранителя и выстрелил ей в лоб. Пленница запрокинула голову, словно разглядывая постоянную хмарь неба, а из аккуратной дырочки потянулась тонкий полоска крови, стекая ей на подбородок.

– Ты как? – спросил я, глядя на мокрого Белоручку. И не просто мокрого, с него пот лил буквально градом. Я не большой спец в физических упражнения, но так вроде не должно быть.

– Нормально, – улыбнулся здоровяк синими губами. – Просто немного запыхался. Что теперь, Шипастый?

Вот теперь все. Валькирии полностью уничтожены, значит, мы обезопасили на себя на какое-то время. Или напротив? Лишь подтолкнули друг друга к неизбежной войне?

В любом случае, сейчас все взоры были обращены ко мне.

– Прошерстить все квартиры на предмет ценного. Кто попытается мародерствовать, пристрелю на месте. Все выносим сюда. Башка проверит. И шевелитесь, мы тут не на весь день. Еще обратно возвращаться.

Приказ начал выполняться сразу, как только я перестал говорить. Либо Молчуны действительно хотели выслужиться, либо не желали оставаться во дворе.