Ну, замечательно. Дали в руки ядерное оружие, а как им правильно пользоваться, не сказали. Но хуже всего, что я начал улавливать некую эманацию. Слова почти такие тихий, будто звучали из соседней комнаты. И только спустя несколько секунд мне удалось разобрать мальчишеский голос: «Почему ты позволил им убить меня?».

Глава 19

Чем хороша шизофрения – всегда можно посоветоваться с умным человеком. Как решать проблему, возникшую в голове (хотя забавно, что «сердце» стало действовать на мыслительный процесс), я пока не знал. Искать хорошего психотерапевта или таблеточки? В условиях Города занятие непростое. Как каждый разумный человек, не знающий, как выйти из затруднительной ситуации, я решил эту самую ситуацию проигнорировать. Хотя бы на время. А там уж посмотрим.

Тем более, пока я болтал с Башкой по поводу башки собственной, во дворе появилась Гром-баба. И не одна. По правую руку от нее шла Кора. Чуть прихрамывая и явно находясь в некой прострации. Я же говорил, она должна была выжить со своею Имитацией! А вот на руках Громуша несла Психа, присыпанного кирпичной пылью.

– Что? – кинулся я навстречу, обозначив в одном коротком слове все, что хотел выразить.

– Живой, – ответила Гром, без всякого удовлетворения. – Только явно не в порядке.

Я мельком оглядел Крикуна: руки-ноги целы, видимых ран нет, значит, что-то с внутренними органами. Хреново. Правда, есть у меня сканер и целитель на полставки в квартале. Вывод один – надо спешно возвращаться.

В этот момент Псих открыл глаза и слабо улыбнулся.

– Опять мне прилетело, Шип, – сказал он. – Я попытался использовать ударную волну. Вроде даже получилось. Но все равно…

Говорил он с трудом, делая небольшие паузы, точно набираясь сил для каждого слова.

– Как себя чувствуешь?

– Дышать тяжело, – не стал храбриться и играть в героя Псих. – И болит, здесь.

Он указал в область чуть пониже сердца. На самом деле, диагност я хреновый, могло прилететь куда угодно. Что там? Селезенка, легкое, желудок. В общем, нужно торопиться.

– У нас есть хороший лекарь, – подошла Башка. – Даже кости сращивает.

Я прикинул, идти до Молчунов чуть дольше, чем до нас. К тому же, никто не торопился доверять женщине, которая читала мысли с такой же легкостью, как за хлебом ходила.

– У нас тоже, – ответил я. – Выдвигаемся. Гром, забери все, я несу Психа.

– Шипастый, извините, – позвал меня тот самый мальчишка, который пытался без мыла влезть в любую щель. – Мы тут собрали камни и еще кое-что, – помимо кристаллов он протянул мне странную сморщенную конечность. Если бы не массивное предплечье, почти как у Моряка Папая, ее можно было бы даже назвать человеческой. – И еще там две живые гарпии. Мы связали им руки.

Подтверждая слова пацана, из подъезда вывели пленниц. Блин, про этих ощипанных куриц я совсем забыл. Что самое забавное, валькирии действительно лишились крыльев, и теперь предстали в образе обычных женщин. Только невероятно испуганных. Хотя, я их понимаю. Ничего хорошего им точно не светит.

– Имена и способности, живо, – рявкнул я, давая понять, что не намерен вести долгих переговоров.

– Каменюка, – торопливо ответила первая, молодая еще девчонка, некрасивая, нескладная и невероятно испуганная. – Могу прикосновением заставить человека окаменеть на какое-то время.

– На какое время?

– От нескольких секунд до полуминуты. Это основная способность.

– Пацан, – позвал я того самого говорливого Молчуна.