Уитни быстро спускалась в холл по лестнице, следом за ней спешила Кейт. Эджуотер сообщил им о возвращении Гарнера, и она молилась, чтобы он принес какое-нибудь сообщение об отце. Уитни торопливо направилась к Гарнеру и вдруг резко остановилась, заметив у камина оборванную фигуру. Сердце ее, казалось, подкатило к самому горлу, когда Чарли Данбер повернулся и остановил на ней недоверчивый взгляд. С приглушенным радостным криком она бросилась сначала к Чарли, затем к Гарнеру, обняла его и залилась радостным смехом, выражая таким образом свою благодарность за то, что он освободил Чарли из тюрьмы.

Когда все немного успокоились, Кейт со слезами на глазах обняла Чарли и заверила его, что тетушка Сара в добром здравии и что по нему скучают все жители Рэпчер-Вэлли. Байрон нахмурился и сдержанно поздоровался, а Маделайн открыто отклонилась от протянутой грязной руки Данбера, повернулась к стоявшему рядом недовольному Эджуотеру и приказала ему постелить на стул какую-нибудь тряпку, чтобы гость не запачкал мебель.

Усевшись, Чарли поведал мрачную повесть о своем пленении и о переходе в Филадельфию. Весь путь они с Блэком были рядом до недавнего времени, когда неукротимого и прямого Блэка забрали из общей камеры и перевели в другую. Данбер с гордостью рассказывал о непоколебимом духе и взглядах Блэка и о том, как он неоднократно защищал других узников, подвергая себя опасности. Блэку Дэниелсу палец в рот не клади, с уважением заметил Чарли. И всем стало ясно, что федеральные власти решили рассчитаться с ним за все.

Затем Гарнер коротко рассказал Уитни о своей неудачной попытке подкупить суперинтенданта. Уитни улыбнулась сквозь слезы, когда осознала смысл этого признания. Упрямый аристократ Гарнер действительно попытался применить подкуп, чтобы помочь ее отцу; от этой мысли у нее потеплело на сердце.

— Данбер, что, по-вашему, нам нужно? — Гарнер обернулся к Чарли и недовольно нахмурился, увидев, как тот бесцеремонно развалился на диване.

Чарли оторвал взгляд от изящной фигурки надменной Маделайн, и его заросшее густой щетиной лицо перекосила хитрая усмешка.

— Нам нужна рыдающая женщина… и, пожалуй, пирог. Чарли пришлось остаться в доме, по крайней мере до тех пор, пока он снова не наберется сил, — на этом настояла Уитни. Как бы Гарнер ни возмущался этой идеей, он согласился, понимая, что знание Чарли обстоятельств жизни Блэка может оказаться полезным. Маделайн с отвращением посмотрела на Чарли, как будто тот был болен чесоткой, и поспешно удалилась. Байрон что-то пробормотал, затем накинул плащ и пошел прогуляться на свежем воздухе.

Бенсону, Эджуотеру и остальным слугам было дано сложное задание привести Чарли в человеческий вид. С огромным трудом им удалось вымыть и отскрести с него грязь, побрить и к ужину натянуть на его похудевшее тело один из старых костюмов Гарнера.

Через некоторое время они спустились вниз с усталыми лицами. За ними следовал Чарли, который жаловался, что он чувствует себя так, как будто с него содрали кожу. Но выглядел он уже вполне приемлемо. Вскоре он уже купался в комплиментах Кейт и Уитни и находил некоторую выгоду от того, что одет в «джентльменское» платье. Когда они направились обедать, он заметил, как Маделайн поспешно отвернула голову, избегая его взгляда, и понял, что она смотрела на него. К тому времени когда Гарнер и Уитни стали обсуждать, как им увидеться с Блэком, голова Чарли уже была занята другими проблемами.

На следующее утро Чарли и Гарнер стояли напротив тюрьмы и смотрели, как Уитни и Кейт, которые несли большие корзины, источавшие соблазнительные ароматы, миновали замерших часовых у входа и проникли внутрь старой тюрьмы.