Брайан тем временем вылез из машины и распахнул перед ней дверцу.

Патрисия раздумала пировать на берегу моря, у нее возникли другие планы: принять душ, смыть с себя пот, а вместе с ним и ужасные воспоминания о летучих мышах.

— Я хочу вымыться.

— Вымыться? Почему бы не искупаться в море? — Он указал на океан, переливавшийся под солнцем всеми цветами радуги. Патрисия почувствовала, что ее сопротивление слабеет.

Брайан скинул кроссовки и разделся до трусов.

— Конечно, я не вправе тебя ни к чему принуждать. И все же, по-моему, будет неплохо, если ты избавишься хотя бы от части своей одежды. Ты вся в пыли.

Патрисия сглотнула.

— Да, конечно.

— Тебе помочь?.. — начал он.

— Нет! — Она не дала ему договорить. — Я… сама справлюсь. — Она начала расстегивать пуговицы на рубашке.

— ..снять кроссовки? — закончил он. И ухмыльнулся.

— Н-нет, я сама. — Патрисия почувствовала, что ее рот словно набит ватой.

Но он все равно решил ей помочь. Наклонился, закрывая широченной спиной солнце, и принялся развязывать шнурки на кроссовках.

Патрисия тем временем сняла с себя рубашку, представ перед ним в спортивном бюстгальтере из плотной материи. Она и сама не знала, радоваться ей тому, что выглядит она вполне благопристойно, или печалиться?

Брайан осторожно стянул с ее ног кроссовки. Патрисия приподнялась, чтобы снять брюки, и, охнув, тут же опустилась обратно на сиденье. Колено пронзила боль, немилосердно вернувшая ее к жестокой реальности.

— Ничего не выйдет, — произнесла она с искренним огорчением. — По песку до моря мне не дойти. Да и плавать я с больной ногой не смогу. Прости, Брайан, мне, право, очень жаль.

Ты здорово приду… — Она взвизгнула. — Что ты делаешь?

Брайан просунул руки под ее колени и сказал:

— Наклонись и обними меня за шею. — Патрисия не пошевелилась. — Доверься мне. Пат.

Я же должен повсюду сопровождать тебя или ты забыла? А сейчас нас вообще не разлей водой. Причем в буквальном смысле.

Он легко подхватил ее и, пронеся по песку, окунул прямо в море.

Очутившись в прохладой воде, Патрисия воспрянула духом. Ее волосы расстелились по глади воды. Брайан нежно сжимал ее за талию.

Чего еще нужно для счастья? Такого она не могла себе представить в самом прекрасном сне.

— Вот что я скажу тебе, Брайан. — Она слегка обернулась, чтобы видеть его глаза. — Ты знаешь, как выбрать пляж. — Об этом она заговорила нарочно, чтобы не дать воображению разыграться. — Светлый песок, эти пальмы и водопад вдалеке. Ты здорово придумал!

— Да, случается иногда.

— Какой ты умный!

— Будь я умен, нашел бы способ отговорить тебя от посещения гробницы.

— Нет. Я ни о чем не жалею. — Патрисия говорила правду. Она помнила: там, в пещере, Брайан доверился ей, раскрыл ей душу. — Кроме летучих мышей, — добавила она.

— Я тоже рад. Так я узнал, какой была эта Нусанти-Хо.

Несколько секунд они плавали молча.

— Может, она приходила сюда, — сказала Патрисия. — Поплавать со своими подружками.

— Или с дружком. Ночью, при свете луны.

Патрисия вздохнула.

— Как жаль, что я не писательница! О ее жизни можно написать настоящий роман. Ведь мы ничего не знаем, кроме ее имени. Неизвестно, кто она, почему ее похоронили в той пещере с такими почестями.

Она снова посмотрела на него. Он глядел на нее в упор, и Патрисия вдруг почувствовала, что во рту у нее пересохло.