Гай встряхивает головой. От отчаяния хочется зарыться в землю и похоронить себя заживо.

– И я, и Кровавый принц уверены, – цедит он, сжав свою золотую карту, оказавшуюся в руке как бы в доказательство его истинного происхождения.

Вряд ли это правда. Ведь какой уверенный в своих действиях человек станет опускать взгляд, чтобы не встречаться с глазами друга, глядящего на него укоризненно?

Лэнс вздыхает:

– Нет, ты не уверен. Ты запутался в себе, братец.

Гай со злостью высвобождает плечо из хватки друга и бросает:

– Можешь возвращаться к жене. Я не собираюсь больше тебя слушать.

А потом уходит к машине. Всё с тем же колотящимся от сомнений сердцем, которое улица так и слышит до конца, пока рёв мотора автомобиля не заглушает этот звук.

* * *

После тренировки я практически ничем не занимаюсь.

Мне даже успевает показаться, что этот день никогда не подойдёт к вечеру, которого я так трепетно жду.

И когда часы наконец показывают долгожданное время, я спешу одеться, сняв с вешалки заранее подготовленное платье.

Алый цвет наряда, усыпанного блёстками, чётко ассоциируется у меня с Гаем. Мне даже повезёт, если он наденет не излюбленный чёрный, а что-то, что имело бы хотя бы узоры красного цвета. Декольте не слишком глубокое, но открывает ключицы и шею, создавая некую чувственность и элегантность. Именно так говорит мама. Туфли же я выбираю на не слишком высоком каблуке, потому что не хочу ненароком сломать себе ноги.

– Ты уже готова?

Мама появляется у дверей весьма ожидаемо. Она хочет сделать из меня настоящую принцессу, чтобы, по её словам, «этот Гай просто упал от восторга! Это – наша цель, Лина».

– Почти, – отвечаю я, пялясь на себя в зеркало.

За спиной стоит одна из стилистов, которых мама частенько приглашает на случаи каких-либо торжеств. Зовут её Офелия. Именно она делала причёску и макияж маме на свадьбу с папой много лет назад.

– Выглядишь превосходно, – восхищается мама, подходя ближе.

Я наматываю на палец свои каштановые кудри. Мои волосы собраны в косу вокруг головы, но спереди по бокам от лица оставлено несколько прядей.

– Не слишком ли эта причёска праздничная? – спрашиваю я. – Я как будто собираюсь выходить замуж.

– Не неси чушь, милая. Отличная причёска. Очень подходящая под сегодняшний ужин… Твой отец просто обомлеет от восторга!

– Ну, не знаю. Ты ведь знаешь, что он не любит весь этот маскарад.

– Поверь мне, от такого твоего вида он будет в полном восторге!

Встаю со стула, как только Офелия кладёт флакон с лаком для волос на столик и позволяет мне это, и с интересом себя разглядываю. В таких торжественных образах я бываю не редко, но практически всегда стараюсь не особо зацикливаться на внешности и просто пропускать ближайшие зеркала. Сейчас же я впервые позволяю себе хорошенько рассмотреть ту девушку, что отражается передо мной. Она изящна, серьёзна и красива. Длинные каштановые локоны переливаются блеском, причёска открывает тонкую смугловатую шею. Ресницы обрамляют подчёркнутые карандашом глаза. Губы покрыты алой помадой, привлекая внимание.

Красное платье сидит на мне идеально. Оно подчёркивает все достоинства моего тела; грудь, талию и бёдра. Но при этом не выглядит вульгарным.

Я очень красива. Наверное, впервые я думаю о себе в таком ключе. Впервые признаюсь самой себе.

– Я готова.

* * *

За столом мы сидим в ожидании приезда долгожданного гостя. Папа выглядит нервным, и мама моментами просит его успокоиться.