Я выпрямляю ноги, поворачиваю голову к красивым видам ночного города и с замиранием наблюдаю за кружочками света, исходящими от фар и фонарей. Рассматриваю тысячу огоньков там, вдалеке. Некоторые из них мерцают, некоторые – светят неподвижно. Шум машин, вечно спешащих куда-то, почти до нас не доходит. Есть только шум ветра, играющего в моих волосах, и стук моего сердца.

– Красиво, правда? – нарушает тишину Гай.

– Очень, – искренне отвечаю я. – Но, по правде говоря, ты не похож на того, кто может любоваться подобными видами. Это слишком… романтичное занятие.

Он тянет паузу несколько секунд, опускает голову, словно решает сложную головоломку, а потом наконец говорит:

– Когда мама была жива, она сказала мне как-то: «Когда в твоей жизни появится девушка, чьи глаза будут сиять ровно так же, как блики ночного города, обязательно привези её сюда». И я обещал ей, что сделаю это.

Снова этот взгляд на мне. Снова он пронзает меня насквозь. Будто я не человек вовсе, а прозрачная оболочка. Словно эти зелёные глаза видят каждую мою мысль, пронёсшуюся в голове.

Такой взгляд невозможно забыть, невозможно променять. Его хочется лицезреть каждый день.

Я опускаю голову от смущения и не могу поверить, что кто-то может так думать о моих простых карих глазах. Я ведь всю жизнь завидовала Дилану, которому достались серые – как пасмурное небо, как дымок. Они всегда казались мне необычными, и я ругала маму за то, что она одарила меня простыми карими.

Но Гай… Его слова о моих глазах заставляют всё внутри трепетать.

Я, наверное, хочу сказать ему спасибо за комплимент, но просто не успеваю. Тишину, окружающую холм и ближайшие территории, нарушает шум подъезжающих колёс. А когда на горизонте показывается чей-то белый автомобиль, освещающий фарами землю, я думаю, что кто-то тоже решил понежиться под светом луны, глядя на разноцветные блики ночного города. Но когда этот кто-то останавливается прямо рядом с машиной Гая, я понимаю, что приехали к нам.

Из машины выходит Нейт, поправляя свою джинсовую куртку и жёлтую толстовку. Светлые волосы, как всегда, растрёпаны, а голубые глаза выглядят чем-то озабоченными.

– Наконец я тебя нашёл, чувачок, – выговаривает он запыхавшимся голосом, протягивая ладонь для пожатия.

– Что ты здесь делаешь, Нейт? – недовольно произносит Гай в ответ.

– И как ты нашёл нас? – встреваю я.

Нейт словно только сейчас замечает моё присутствие и поворачивается ко мне, приветливо улыбаясь во все свои белоснежные зубы:

– Ну, крошка, я знаю Гая как свои пять пальцев. Это его любимое место. Сюда он приезжает чуть ли не каждый день, так что… Догадаться было нетрудно.

«Хотелось бы и мне знать Гая как свои пять пальцев», – думаю я.

– В чём дело? – вновь спрашивает Гай.

– Есть разговор, чувак, – отвечает Нейт. Он косится на меня и продолжает уже более тихо: – Только отойдём чуть подальше.

Подобная сцена заставляет меня ёрзать на месте, напрягаясь от неловкости. Чувствую себя лишней. Снова подкатывает это противное чувство.

Смотрю на парней, отходящих от меня и о чём-то шепчущихся. Не слышу практически ничего, да и подслушивать тоже не особенно хочется: манеры и воспитание дают свои плоды. Возможно, тут дело в чём-то совсем уж личном.

Я отворачиваюсь, делая вид, что заинтересована тем, что происходит там, на просторах города, будто отсюда отчётливо могу видеть людей. Но парни завершают разговор гораздо раньше, чем я предполагала, и уже спустя пару минут Гай возвращается с неутешительными словами:

– Каталина, нам нужно возвращаться.