Франческа касается ладонью своего пока ещё плоского живота, гладя его по кругу. Сияет радостью ещё сильнее, когда добавляет:

– Сейчас уже у меня есть смысл двигаться дальше. С уверенно поднятой головой.

– Поздравляю, – немного растерянно говорю я, хотя уже заранее знала о том, что за новость сегодня услышу. – У меня будет племянник? Здорово.

Она кратко смеётся.

– Да! Знаю! Поздравляю, Лина. – Девушка кладёт опустевший бокал на стол, взмахивает светлыми локонами и внимательно всматривается мне в лицо: – А что у тебя? Я слышала, у тебя появился парень… Впрочем, я уже таковым его назвала только что. Рассказывай.

Я даже не знаю, что именно ей рассказать. Вообще факт того, что я сейчас стою и общаюсь с Франческой Лидс как со своей подружкой меня немного удивляет.

– Я познакомилась с его семьёй вчера, – говорю я.

– Слышала, что и он с твоими, – улыбается девушка, а потом вдруг бросает взгляд через моё плечо и весело добавляет: – А сегодня, по-видимому, хочет продолжить знакомство.

В удивлении я оборачиваюсь и действительно вижу среди гостей Гая.

Он меня преследует!

На секунду мне показалось, что я всё ещё сплю и вижу его во сне. Но когда осознание доходит в полной мере, я прикладываю колоссальные усилия для того, чтобы не покраснеть до корней волос. Ведь я всё ещё помню своё бесстыдство в постели, в котором Гай принимал участие, сам того не ведая.

– Ты меня преследуешь? – спрашиваю я вслух, когда он подходит к нам ближе.

Ох, видеть его руки – как настоящая пытка после произошедшего…

Я сглатываю, отводя от них взгляд.

Франческа выпускает смешок, довольно оглядывая нас обоих, пока не прокашливается и сообщает:

– Я пойду. Не буду мешать влюблённым. Чувствуйте себя как дома!

Она проходит мимо нас, захватив ещё один из лежащих в тарелке сэндвичей, и я теперь снова вынуждена бороться с воспоминаниями.

Губы Гая складываются в лёгкую, почти незаметную ухмылку.

– Ты спрашивала, преследую ли я тебя, – заявляет он.

– Вот именно. Выглядит всё именно так.

– Я тебе уже говорил однажды, что мне нравится преследовать одну красивую девушку, на сей раз, правда, согласившуюся на свидание со мной.

Господи, пожалуйста, хоть бы не смотреть на его руки и не вспоминать тот шёпот, обдавший теплом моё ухо. Почему я так отчётливо помню этот бесстыдный сон?

Тряхнув головой, я спрашиваю:

– Дилан в курсе, что ты здесь?

– Да. Он меня и пригласил.

Издаю смешок:

– Так, значит, ты здесь оказался вовсе не потому, что меня преследуешь. А потому что тебя пригласил мой брат.

– Одно другому не мешает, девочка.

Внизу живота снова что-то тянет, теплеет, мне кажется, мой организм вовсю реагирует на такие простые слова.

– Надо же, – решаю отшутиться я. – Вы с ним уже такие друзья, что ли?

– Можно и так сказать. Дилан посчитал, что на посиделках с друзьями и семьёй должен быть и первый парень его сестры.

Я усмехаюсь:

– Он прямо так и сказал?

– Почти.

Не смотри на руки. Не смотри на его пальцы. Не вспоминай кровать и своё непристойное утреннее поведение.

Однако сложно, когда он крутит кольца, привлекая всё моё внимание к своим красивым пальцам, а я пялюсь как завороженная.