Но я чувствую, что нуждаюсь в поддержке. И это странно.

Странно, что соглашаюсь на встречу с парнем, которого едва знаю, в такое опасное для меня время.

Но решаю оставить раздумья на потом.

– Хорошо, – говорю я в трубку. – Ладно, буду ждать.

– До встречи, Каталина Норвуд.

И после этого он кладёт трубку, а я возвращаю телефон обратно на стул, предвкушая сложную миссию по созданию плана для выхода из собственного дома.

После джакузи спустя каких-то полчаса я сижу и изучаю учебник по физике.

Дома, как всегда, тихо, даже наши горничные не смеют тревожить ни родителей, ни меня. Наверное, просто понимают, что мы все и так на нервах.

– Для описания магнитного поля необходимо ввести силовую характеристику поля, аналогичную вектору напряжённости E электрического поля. Такой характеристикой является вектор B магнитной индукции. В системе единиц СИ за единицу магнитной индукции принят 1 Тесла… – Не закончив читать, отчаянно падаю головой на стол, выкрикивая: – Грёбаная физика!

– Лина… Не выражаться дома, – раздаётся мужской голос.

Вздрагиваю от неожиданности, поворачиваясь к отцу. Он входит в комнату и выглядит так непривычно в этой обычной повседневной одежде, что кажется совершенно другим человеком. И таким папа мне нравится гораздо больше. Таким он гораздо ближе. Гораздо роднее.

– Прости, – виновато отвечаю я. – Эта физика любого доведёт.

– Согласен. Я её тоже терпеть не мог в своё время.

Папа пытается отшутиться и придать голосу более непринуждённый тон, но это выходит у него неважно. Всё ещё вижу, как он нервничает, как обеспокоенно дышит.

И это из-за меня. Знаю, что не виновата, но чувство вины меня не покидает.

– Что-то случилось? – Я откладываю учебник в сторону. – Зачем ты пришёл?

– Просто хотел поговорить со своей любимой дочерью. Ведь это у нас так редко получается.

Издаю короткий смешок и произношу:

– Надо же… Мне нужно было всего лишь подговорить кого-то убить охранника общежития, чтобы ты наконец обратил на меня внимание.

Понимаю, что пошутила достаточно глупо, ведь умер человек.

Папа качает головой и вмиг становится серьёзным.

– Дочка, – начинает он, затем очень тяжело вздыхает и продолжает: – После твоего рождения я поклялся, что всегда буду оберегать тебя. И сейчас больше всего на свете я хочу проводить как можно больше времени с тобой. Дочь для отца – это нечто святое, самое беззащитное и хрупкое. Никакой нормальный отец не бросит свою дочь и сделает всё, чтобы она была счастлива. – Папа молчит несколько секунд, будто собирает воедино всё, что хочет сказать. – Но в то же время на мне лежит ответственность за вас с Мэри. Вот эта вот работа, из-за которой дома я появляюсь крайне редко, отнимает время, которое я должен был проводить с вами. Но не будь её, не было бы этого дома и нашего роскошного образа жизни. Ну и твоей мамы, скорее всего, тоже не было бы рядом со мной. – Он смеётся. – Твоя мать не из тех женщин, что выйдут замуж за слюнтяя, не умеющего обеспечить семью как надо… Но что я хочу сказать… Лина, ты должна понять, что мы не сможем быть всё время вместе. Что есть другие дела, другие обязательства. У каждого из нас. И у тебя когда-нибудь появятся свои.

Он замолкает и даёт мне время переварить его слова.

А я начинаю испытывать неприятные трансформации глубоко внутри себя. Начинаю чувствовать себя жалкой и капризной маленькой девочкой, ноющей каждый раз, когда ей в чём-либо отказывают.

Конечно, всё это я и так понимала. Просто, наверное, не придавала особого значения.