Добинс невольно улыбнулся. Давным-давно его занимало это проявление характера Райма. Тому всегда было нелегко выражать гнев или недовольство, если проблема касалась его лично. Зато в профессиональных делах запросто выплескивал эмоции.

– Однако позволь мне высказать ряд соображений по поводу проводимого тобой расследования. Кто такие барахольщики? В действительности они страдают патологической одержимостью на почве психического расстройства – сильной формой невроза навязчивых состояний (ННС). Знаешь, люди, попадая в конфликтную ситуацию, испытывая стресс, принимаются пересчитывать все и вся или, бывает, моют руки, чтобы сбросить напряжение. Эти симптомы, как и собирательство, также являются проявлениями ННС. Вместо того чтобы решать возникшую проблему, легче сосредоточиться на собственном поведении.

Далее, сами по себе барахольщики, как правило, не наносят вреда окружающим. Правда, из-за них может возникнуть угроза для здоровья – в форме инфекций, переносимых животными и насекомыми, отравления плесенью, а также возгорания, – но в основном они хотят только одного – чтобы их оставили в покое. Будь у них возможность, они бы вообще никуда не выходили и не расставались со своими коллекциями.

Но ваш клиент представляет собой явное исключение в данной категории. Редкое сочетание патологической одержимости и самовлюбленной, антисоциальной личности. Если ему что-то приглянулось, это обязательно должно очутиться у него в коллекции, будь то редкие монеты, картина или женщина как объект вожделения. Его болезненная одержимость уже не безобидна. Он не остановится перед убийством ради обретения желанной вещи или чувственного ощущения на память, а также в случае необходимости защиты своей коллекции. Я даже осмелюсь предположить, что, убивая, он испытывает чувство умиротворения. Живые люди выводят его из душевного равновесия. От них только и жди обмана или предательства, а вот бессловесные предметы – газеты, сигарные коробки, леденцы и даже трупы – никогда тебе не солгут и не изменят. Лежат себе в темных закутках и хлеба не просят… Полагаю, вас не интересуют факторы, влияющие на формирование патологии в детстве?

– Вообще-то нет, Терри, – ответила Сакс, с улыбкой глянув на Райма, только молча качнувшего головой.

– Тогда, во-первых, ему требуется жизненное пространство. Просто огромная жилплощадь. А при нынешних ценах на недвижимость он должен быть либо очень богатым, либо очень изобретательным. Типичный барахольщик живет в больших особняках старой постройки или в современных таунхаусах. Причем никогда не арендует свое жилье. Ему ненавистна даже мысль о домовладельце, обладающем правом вторгнуться в святая святых. В его доме окна закрашены черной краской или заклеены наглухо – он не обретет покоя, если не отгородится от внешнего мира.

– Дом на сколько примерно комнат? – задала вопрос Сакс.

– Анфилады и анфилады.

– Некоторые эсэсдэшники должны иметь на это деньги, – рассудил Райм. – И прежде всего высокое начальство.

– Далее, ваш подозреваемый проявляет высокую активность, а значит, вынужден вести двойной образ жизни. Условно назовем одну половину «тайной» жизнью, вторую «показной». Ему приходится существовать в реальном мире, чтобы пополнять и обслуживать свою коллекцию. Следовательно, он маскируется под нормального гражданина. Возможно, для этого у него имеется второй дом или именно часть единственного большого отведена под вторую жизнь. Он, конечно, может предпочесть жить в этой секретной половине среди своих сокровищ, но тогда посторонние неизбежно начнут обращать внимание и недоумевать, задавать вопросы. Так что все равно должно быть какое-то жилое пространство, общепринятое для человека его социально-экономического положения.