Алексей Никифорович открыл глаза, послушал гусей, поморщился. Вчерашнее вспомнилось. Наказать быдло наказал. Теперь миловать надо. Без скотины крестьянину не прожить, да ведь и времена чудные. Бросят мужики землю, подадутся в бега, в украйны или на новые патриаршьи земли, сыскивай тогда!

Алексей Никифорович сел на постели, перекрестил рот — зевота одолела, — позвал слугу одеваться.

Слуга явился, взял с лавки боярские порты, и вдруг с портов скользнула на пол грамотка.

— Откуда это? — удавился Собакин.

— Не знаю. В порты, видать, была завернута…

— А ну-ка дай сюда!

Собакин развернул грамотку, прочитал:

«Боярин Алексей Никифорович, велю тебе положить в дупло дуба, что растет над рекой одиноко, в трех верстах от усадьбы, на лугах, двести рублей. Не хочу тебя обижать, с Милославского взял столько же. Деньги мне нужны, чтобы заплатить твоим крестьянам за отнятый тобой скот и на мои расходы. Деньги положишь нынче на закате. Смотри, Собакин, ослушаешься — не высовывай носа за дверь. Я стреляю метко. Спроси у Козла, он знает, как я стреляю».

Алексей Никифорович выкатился из кровати.

В исподнем вылетел из опочивальни, схватил стражника за глотку.

— Кто входил ко мне?

— Упаси бог, батюшка! Никого не было!

— Никого?

— Ни единой души, батюшка!

— Крестись!

Стражник перекрестился.

— Ну, погоди ж ты у меня, тать подколодный! — закричал боярин, пугая сбежавшихся слуг. — Повешу на том же дубу!

Увидел Марко, обнял его за плечи.

— Я его за ноги повешу! — шепнул он ему доверительно.

— Кого?

— Кудеяра.

— Разбойник опять прогневил вашу милость?

— Еще как прогневил! Письмо в опочивальню подбросил, наглец!

— В опочивальню? Как можно? Где же были слуги?

— Дрыхали небось! — Боярин бросился на слуг, тыкая их кулаком в бока, в животы, хватая за бороды и лохмы. — Ведь он убить меня мог! Убить! Лежебоки! Лентяи!

5

Как только солнце стало клониться к земле, боярин послал за реку десятерых холопов во главе с Кузнечиком. Они должны были ловить Кудеяра, если тот бросится вплавь. Козел с двадцатью холопами был послан в лесок против дуба. Этот отряд должен хватать разбойника, как только он подъедет к дубу.

— Сам я с тремя дюжинами наскочу справа, — расставлял сети боярин. — А ты, Марко, объявишься со стороны поместья, слева. С тобой будет восемь человек.

— Мне и половины хватит, — возразил Марко. — К поместью Кудеяр не побежит, испугается.

— Твоя правда, — согласился боярин. — Тебе троих холопов, а четверых я на дорогу поставлю.

Отправив отряды в засаду, Собакин достал из ларца деньги и в сопровождении Марко поскакал к дубу.

Дуб стоял над рекой. Дупло было от земли невысоко. Собакин покрутился на коне вокруг дерева, помахал мешочком с деньгами и положил его в дупло.

— Видел или не видел? — спросил боярин у Марко.

— Видел, — ответил музыкант. — Как тут не увидеть?

6

Теперь в усадьбе остались женщины и дружина Марко. Марко и трое холопов были на лошадях. Оружие у холопов — топоры для колки дров. Посматривали на дорогу, слушали, как шумят леса.

Вдруг на дороге раздался конский топот. Марко вытащил из-за пояса пару пистолетов и приказал холопам:

— Бросай топоры!

Холопы в изумлении послушались.

— Слезайте с лошадей!

Слезли.