— Вот теперь в ней чувствуется кровь Амиртош Има-Ро! — А это вырисовалась кровопийца, она же глядя на меня, как профессор истории на девчонку лет пяти, сообщила, что отбор невест возник из-за шестого демона.

— После амнистии он отказался возвращаться на родину.

— В смысле?

— Из-за бабы-уродины! — она с фырком, заправила выбившийся из прически локон.

— Ты бы ее видела! — это оборотница с красной гривой удивительно прямых волос. — Вся в морщинах, потрепанная жизнью и заботами…

— И наш Правитель притащился с ней на процесс, — разъяренно сообщила какая-то синеволосая красотка. — Он отказался от права возврата, указав на эту…

Она некоторое время подбирала слова, а потом как брякнет: «человеческую дрянь!», что даже я дернулась. Но чтоб себя не выдать задала правомерный вопрос:

— Кого?

— Жену! — разъяренно взвыла демонесса.

Что ж она так убивается по какому-то там демону, или он обещал жениться на ее прабабке? И что им не нравится? Если женился он там, так это вам уже не демон с топором войны в одном месте, а реально думающий мужик.

— И что? — возмутилась я тихо. — Подумаешь, хорошо с ней демону. Зря, что ли женился?

Вопрос риторический, но на него решили ответить хором: «Плохо!», а потом в разнобой с самыми противными интонациями в голосах:

— Он старый.

— Весь в морщинах!

— И наполовину седой.

— А она человек и страшная!

— И он ее поцеловал…

Это сообщение вызвало новый шквал эмоций среди красавиц. Подразделить его, можно было натри категории, в соответствии с расами: «Бе-бе-б-е-е-е-е-е!», «Ф-у-у-у-у-у…» и «Какая гадость!» Уникальная реакция, а ведь этот демон всего лишь поцеловал взрослую женщину с морщинками, которые его очаровали. А вдруг он был старше?

Этот вопрос я и задала.

— Ему пошел пять тысяч четырехсотый. Она младше. Но землянка, а это… Фу! — оборотница не пожалела выражений, окрашивая междометие в дополнительные оттенки. С учетом их летоисчисления получается, что в свои пятьдесят четыре демон уже старый. Зашибись.

— Девчат вы чего, с дуба свалились?

Ответили резво и хором:

— Мы оттуда не падали.

— Да, я не о том. После пятидесяти многие только жить начинают. К тому же за двадцать лет отсидки отступник мог не только жениться, но и детьми обзавестись и даже внуками. А теперь для сравнения, скажите, как поживают господа амнистированные?

— Доживают, — демонесса с зелеными волосами махнула рукой, поясняя: — Трое погибли в ратном бою в первую сотню лет, еще двое изранены так, что их теперь ничего не излечит. — Прокрыла глаза и вдохновенно прошептала: — Но как они бились!

— Да шикарная жизня! — произнесла тихо, ни к кому не обращаясь, услышали, решили переубедить.

— А в тормозном четвертом Ауро Серро явно скучает.

— Магии нет никакой.

— То, что есть — это жалкие крохи!

— Даже не повоевать…

На этом все изумленно замолчали, потому что отбор вновь начался, но какай! Знаки загораясь скользили по рядам, основательно нервируя и без того издергавшихся кандидаток. В строю красавиц послышалось: «Выберет меня, отравлю среди ночи!», «Остановится на меня, отравлюсь сама».

— Подам на развод, — отмахнулась я с улыбкой и села на свою платформу.

К пульту выбора явно допустили коварного и бессовестного умника, чтоб побаловался или поиздевался от балды.