- Не мели глупостей! Иван будет не один. С девушкой. Кажется, его невеста.

Юрий вырвался, побежал в комнату, уже оттуда крикнул:

- Суду ясно! Решили подкинуть мне так называемого внешнего раздражителя! Чтоб любовь не ржавела!

- Говорю же тебе: он не один, - Людмила пошла за Юрием, вытирая руки фартуком.

В минуты беспомощности она становилась похожей на Карналя, и тогда Юрий удивлялся, как мог жениться на такой, в общем-то, некрасивой девушке, он, на которого стреляют глазами все киевские девчата! Стреляют, пока не узнают, что он зять академика Карналя! А уж тогда перед ним как бы зажигается красный сигнал светофора: стоп - и ни с места! Ну, история!

- Один или не один, мне чихать! - закричал Юрий, бегая по большой комнате и умышленно натыкаясь на мебель. - И вообще... Надоело.

- Что именно тебе надоело? Объясни, - поймала его за руку Людмила. - Не мельтеши перед глазами. Сядь!

- Ну? - Юрий сел на диван, утонул в подушках, в изнеможении закрыл глаза. - После так называемого напряженного трудового дня ты мне...

- Что я тебе?

- Ну, вообще...

- Вообще ничего не бывает, ты это прекрасно знаешь. Убери эту газету. Позорная привычка валяться на диване.

- Я рабочий класс!

- Рабочий класс по крайней мере разувается, прежде чем лечь на диван!

- А я кто же, по-твоему?

- Убери газету.

- Ну, убрал. И что?

- Смотри в одну точку. Сосредоточься. Повторяй за мной: "Я успокаиваюсь, успокаиваюсь. Моя левая рука теплая... Моя правая рука теплая... Я совсем спокоен... Я совершенно спокоен..."

- Моя рука теплая, - принимая ее правила игры, послушно повторял Юрий. - Мои ноги теплые... Моя голова теплая... Я теплоголовый... Люка, да ты смеешься! Признайся: ты выдумала своего Совинского! Выдумала, правда? Откуда бы ему взяться в Киеве?

Людмила уже шла на кухню, не останавливаясь, обернулась, блеснула зеленоватыми глазами:

- Повторяй за мной: "Я совершенно спокоен..."

- Я совершенно... Да ну тебя! Хочешь сделать из меня шизофреника! У меня психика знаешь какая? Бетон, гранит, сверхтвердые материалы из института Бакуля!

2

Что такое звонок в малометражной квартире? Это почти катастрофа, землетрясение, цунами, стихийное бедствие! Он звенит, считай, у тебя над ухом, где бы ты ни был, ибо в малометражной квартире спрятаться негде, никто там, за дверью, не поверит, будто ты идешь открывать так долго, словно бы тебе надо преодолеть чуть ли не стадионное расстояние, - всем ведь известно, что ни одна комната не может быть длиннее пяти с половиной метров (это обусловлено стандартным размером бетонных перекрытий), никому не придет в голову предположение, будто ты заблудился в своих коридорах, ибо блуждать тут негде: расставь руки - и достанешь любую стену. Поэтому когда тебе звонят, ты должен либо немедленно открывать, либо не открывать вообще, если не хочешь пускать незваных гостей. На это у тебя тоже есть право, гарантированное всеми законами, но нарушаемое тобой всякий раз под действием механизмов любопытства, что живут в твоем организме вечно.

Людмила ждала гостей, поэтому, когда прозвучал звонок, ни перед ней, ни перед Юрием не стоял вопрос: открывать или не открывать? Людмила бросилась на кухню, чтобы снять с себя фартук. Юрий забыл, что он спокойный-преспокойный, подхватился с дивана, мгновенно прихорошился перед зеркалом, подбежал к двери как раз одновременно с Людмилой. Они столкнулись в своем усердии, рассмеялись, поцеловались, вдвоем повернули ручку автоматического замка, дружно отступили от двери, солидарные в приветливости, в улыбчивости, в доброжелательстве, - образцовая советская семья, можно было даже подумать, позаимствовав несколько своеобразный стиль мышления у представителей старшего поколения, - передовая советская семья. Однако порыв Людмилы и Юрия пропал зря.