Ночи стонали и стучали мокрыми ветвями, срывали последние листья с деревьев, грозились повырывать с корнями в сами деревья, бились в окна хат, сотрясали целым светом, ночи тоже запомнились лишь страшные и враждебные, кроткие и добрые забывались - да и были ли они, такие, для маленького и беспомощного мальчика?

4

"Озера, 8 октября 61 года.

Дорогие дети Петрик, Айгюль, внучечка Людочка!

Посылаем вам всем самый горячий привет и желаем вам всем наилучшей для вас жизни. Мы хату уже вылили 6 сентября, так что было трудненько организовывать, но люди помогли, людей было 64 души, день был теплый, солнце пекло, сделано хорошо, длина 10 метров, ширина семь, вышина три метра, людям платил деньги по 3 рубля, а тем, что глину бросали, по 4, но часть людей денег не брала, такие, как наша председательша Лебедева, и Федор Левкович, и Мишко-лесник, и много других, говорят, мы пришли не заработать, а помочь. Теперь наши стены уже стоят месяц, получились хорошими, пока была хорошая погода, а тут пошел дождь, три дня лил. На крышу пока что дерева нету, председательша Зинька очень для меня старается, говорит, я вашего Петрика до сих пор люблю, так сегодня завезли со станции четыре куба досок разного калибра, это Зинька взяла в районе наряд для меня, как для ветерана колхозного движения, потому как для нашего села еще плана на лес нет, будет только в январе 62 года. Теперь я подкуплю еще дерева на сарай, я хочу сделать в нем широкие двери, чтобы вам было куда ставить машину, когда приедете в гости.

Теперь, как мое здоровье? Ни к черту не годится. Хвораю очень, поясница болит, это радикулит называют, уже вторую неделю так мучит, что Одарка Харитоновна растиркой натирает. А когда обуваюсь утром, то криком кричу, а на работу надо идти, работы очень много. Хаты у нас выливают только по воскресеньям, каждое воскресенье десять хат, это надо 600 душ людей да машины, уже наше село вылило хат сто. И не вспомню, чтобы когда-нибудь было столько работы, как этот год, хоть и привык. Началось с самой весны, а потом еще летом пересеивали кукурузу. А почему? Потому что у нас такие проходили погоды, что никогда и не бывало. С 40 апреля начался дождь и шпарил до 30 мая почти каждый день, и холодюга стояла страшная, и какую кукурузу посеяли рано, то она погнила, мы и сами в огороде трижды пересаживали. Только 31 мая распогодилось, тепла было до 20 градусов, а уже 1 июня снова дождь такой, что попаливало воды, хоть лодкой плыви, с 6 июня было вёдро, большая жара до 25 градусов. Хлеба у нас повырастали страшные, жито до двух метров вышиной, но много полегло и побили бурьяны. Из дому выйдешь - и уже с порога бредешь по росе, все, что мы скосили, сгнило или поросло отавой. Мне в амбар десятого мая привезли из Курской области картошки 23 машины - это 600 центнеров, часть пошла на посадку, а остальное ссыпали в погреб и теперь выписываем колхозникам.

К нам в село приехала бригада 9 человек переносить кладбище в степь, где будет новое село на горе Кучерявого. Бригада уже работает два месяца, выкапывает мертвых, у которых погнили гробы, вынимают кости и складывают в большой ящик всю неделю, а в субботу машиной отвозят на гору Кучерявого, там выкапывают братскую могилу и хоронят. Это тех, у кого нет родственников, кто умер, может, и тысячу лет назад. А у кого есть родичи, те перехоронят сами, бригада только выкапывает. Нам с Одаркой Харитоновной тоже пришлось понервничать дней с десять, пока перенесли своих. Сделали хорошие могилки, кто крест поставил, кто обелиск, оградки в Днепропетровске заказывали, покрасили все. Когда кончат приводить в порядок, то бабы берут харчи, выпивку, садятся на могилках с бригадой рабочих и все вместе поминают.