Роланд снова вздохнул. Тия никогда не говорила об истинной причине своей тяги к воинскому ремеслу, но он был не слепой. Он знал ради чего или, точнее, ради кого все это было затеяно.

— Ладно, тогда я пойду, — буркнул он. — Удачи.

— Роланд, спасибо тебе за все.

Ее глаза сияли от радости, но Роланду было тяжело на нее смотреть. Он кивнул и стал поспешно спускаться. Он не оглядывался. Он уже смирился с потерей девушки. Так ему казалось в тот миг.

И только потом, когда Ингельд уже ушел к Отшельнику, Роланд как будто опомнился. Он вдруг понял, что поступил как последний трус — он даже не попытался отстоять Тию! Получалось, что он смирился с ее уходом к Ингельду еще год назад! Ему даже в голову не пришло, что за нее можно и нужно бороться.

Несколько минут Роланд бродил по лагерю, обуреваемый смешанным чувством гнева и презрения к самому себе. А затем кинулся к схрону, под недоумевающими взглядами друзей. Но ему больше не было дела ни до чего. Он хотел увидеть Тию и...

Он еще не знал толком, что будет делать. Но был убежден, что должен сделать хоть что-то.

Но он опоздал. В схроне ее уже не было. Не раздумывая, Роланд побежал к пещере Отшельника. Остановившись перевести дух, Роланд похолодел.

Из пещеры выходил Ингельд, и в руках его алел окровавленный меч. Стоявшая у входа Тия попятилась. Но взгляд ее был прикован не к мечу. Она смотрела в глаза Ингельда. Глаза, полыхавшие ослепительным огнем.

Когда истошно вопящий Роланд добежал до нее, она была мертва, а в ее широко распахнутых глазах остывало изумление.

Роланду повезло. Он взбирался на холм с другой стороны и Ингельд миновал его.

Оставшиеся в лагере ребята не могли видеть того, что случилось у пещеры. Услышав истошные крики Роланда, они выбрались из палаток и, недоумевая, вышли навстречу Ингельду. И своей смерти.

Через неделю Роланд покинул Карнелию.

5

Роланд подбросил в костер сухих веток. В темноте ярко сверкнули глаза Тирри.

— Можешь поспать, — предложил карнелиец. — Я постерегу.

— Я лучше прогуляюсь, — отозвался Тирри. — Сто лет не охотился, все по трактирам, да по трактирам, что за жизнь...

Тирри беззвучно растворился в темноте. Роланд повернулся к огню спиной и задумался. Позавчера они перешли границу, где-то через неделю должны попасть в Аламар — столицу Далии, а Роланд все еще терзался сомнениями — рассказывать Селене правду об Эльвире или нет?

Еще в трактире Кира пообещала ему, что Селене будет оказана помощь со стороны лучших магов Далии. Но чем ближе они подходили к столице, тем меньше Роланду хотелось раскрывать тайну Селены кому-то постороннему. Тем более магам Далии.

Нельзя сказать, чтобы в Карнелии считали далийцев приспешниками Дьявола, как утверждали церковники. Однако недоверие к техническим и магическим экспериментам северян было велико. В особенности карнелийцы недолюбливали разработки в области вооружений — создание мощных арбалетов, самоходных башен, горючих смесей и прочего. Издревле, привыкшие полагаться на развитие воинских умений и навыков, нежели на вооружение, карнелийцы презирали технику и крайне неприязненно относились к новым видам оружия, создаваемого пытливыми далийцами.

Конечно, о войне с Далией карнелийцы и не помышляли. Им с лихвой хватало нескончаемых войн в Сумеречье, однако недоверие к далийцам они впитывали с молоком матери.

Далия всегда была небольшой страной, особенно в сравнении с могучими королевствами Армании, Лютении и Тургалии. Правда, ходили упорные слухи о том, что далийцы активно осваивают земли Скандии, а также многочисленные острова на северо-западе, но точно этого не знал никто. Хотя, если принять во внимание могучий далийский флот, которому завидовали и которого боялись все королевства мира, в этих слухах не было ничего удивительного.