— Да как ты смеешь!

Жанна взмахнула рукой, строй рыцарей дружно лязгнул мечами.

— Еще как смею.

Голос Ингельда ощутимо потяжелел, как тяжелеет туча перед грозой, и в нем явственно обозначились первые раскаты грома. Бросив взгляд на карнелийца, Инелия вздрогнула. Ей показалось, что силуэт Ингельда подернулся тьмой, и что из этой тьмы выглянуло нечто зловещее. Даже лошадь под неко и та испуганно всхрапнула и подалась назад. Заворочалась во сне Ири и Инелия успокаивающе погладила ее.

Громыхая железом, отшатнулись и рыцари. Только Жанна Аркийская осталась стоять на месте. Белая как мел, со стиснутыми кулаками, она ни на миг не отводила взгляда от карнелийца. На ее лице плясала усмешка.

Напряжение, ледяным панцирем сковавшее Ингельда и Жанну, постепенно таяло.

— Теперь я понимаю, архиепископ не ошибся, — уронила она. — Я знаю, кто ты, карнелиец!

— Я рад за тебя. Надеюсь, теперь ты не станешь отнимать у меня драгоценное время?

Угрожающий рокот в голосе Ингельда затих.

— Я не стану напрасно проливать кровь рыцарей, — покачала головой Жанна. — Но я обещаю тебе, что очень скоро мы встретимся снова.

— Жду с нетерпением.

Жанна махнула своим рукой, и рыцари неспешно освободили дорогу. Ингельд оглянулся на неко и пришпорил коня. Проезжая мимо магистра, Инелия процедила:

— Подстилка епископская!

Жанна дернулась как от удара и Инелия отвернулась довольная собой.

— Надеюсь, ты знаешь, чьей подстилкой стала ты? — донеслось до неко.

Инелия сделала вид, что ничего не слышит.

11

Когда рыцари скрылись за холмом, Инелия нагнала Ингельда и бросила на него пристальный взгляд.

— Что еще? — буркнул карнелиец. — Ты ведь знаешь, нам надо спешить.

— Ингельд, я хотела спросить. Эта Жанна...

— Инелия, какого демона? — скрежетнул зубами Ингельд.

— И все-таки, ты любишь ее?

Ингельд рассмеялся.

— Что ты, Инелия, я не видел ее десять лет. Да и расстались мы почти что врагами.

— Это хорошо, — вздохнула неко. — Но, знаешь, хорошо и то, что Ири ее не видела.

— У вас, мои милые, нет никаких причин для ревности.

— Ревности? — неожиданно вскипела Инелия. — Слишком много чести для этой... этой подлой твари!

— Тогда вперед? — улыбнулся карнелиец.

— Постой... А раньше, Ингельд?..

— Что раньше?

— Раньше, ты любил ее?

Ингельд хмуро покосился на убегающую вдаль дорогу.

— Ты действительно хочешь это знать?

— Да, я хочу знать, что могло быть общего у самой отъявленной ведьмы-инквизитора и карнелийца!

— Это было десять лет назад, милая моя Инель. Тогда Жанна не была инквизитором. Она была смазливой девчушкой, попавшей в плен к злобным неко.

— Что?! Хочешь сказать, что ради нее ты убивал моих соплеменников?

— Да, Инель. Ты же хотела узнать правду. Или ты забыла, что я родом из Карнелии? И что мы издревле враждовали с Измененными?

— Я не забыла, — Инель отвернулась. — Просто... просто мне было больно это слышать.

— В тот день я очень далеко оторвался от своего отряда. Я проводил разведку, искал поселения неко, угрожавшие Карнелии. В одной из таких деревень я нашел Жанну.