Мысли свернули в греховное русло и Селена опять ужаснулась. И даже была вынуждена напомнить себе, что она будущий священник и Роланд ее не должен волновать никоим образом.

— Значит нам придется двигаться на этом... летающем судне?

— Да, дитя мое, мы не должны терять напрасно время. Ты должна в кратчайший срок добраться до Аламара, и поговорить с тамошними магами — они могут что-нибудь знать о местонахождении остальных Осколков. Я дам тебе письмо к Гериану, королю Далии, думаю, он не откажет в помощи.

Селена с трудом дождалась завершения разговора. Сердце колотилось как сумасшедшее, лицо то и дело краснело, девушке не помогали уже никакие увещевания и напоминания. Оставалось надеяться, что Райнхард был слишком озабочен собственными мыслями, чтобы заметить ее реакцию.

Когда аудиенция была закончена, Селена бросилась к себе в комнату и, уткнувшись в подушку, заплакала. Причин этих слез она объяснить не могла, да и не пыталась. Она просто плакала.

2

Роланд вскинул на плечо давно подготовленный мешок.

— Идем, Тирри. Нам тут делать больше нечего.

Роланд не ждал ответа. За все время, что они провели в соборе, Тирри старательно изображал обыкновенного зверька, не решаясь на беседу даже в комнате Роланда. Карнелиец настолько привык к этому, что слова Тирри заставили его вздрогнуть.

— Куда это ты собрался? — едва слышно проворчал Тирри.

— Тирри! — брови карнелийца поползли вверх. — Решил рискнуть напоследок? А если здесь тоже уши?

— А ты сядь на кровать и сделай вид, что разговариваешь сам с собой, — прошептал зверек.

Роланд послушно сел.

— Так, и о чем это я решил поговорить сам с собой? — бросил он, не глядя на Тирри.

— О Селене, — шепнул Тирри.

Роланд нахмурился.

— Нет, о Селене я не хочу говорить, — пробурчал он. — Все, что было можно, я уже сказал.

— Что-то я не припомню, чтобы ты что-то говорил.

— Я говорил это мысленно.

— А теперь повтори это вслух, пожалуйста.

— Да с какой это стати? — возмутился Роланд.

— Я твой друг или ты меня держишь для охоты на мышей?

— В основном для охоты, — ответил Роланд и тотчас ойкнул — Тирри нещадно цапнул его за палец. — Ладно-ладно... Друг. Как будто сам не знаешь.

— Ну, ежели друг, выкладывай, чего ты с ней не поделил.

— О чем это ты? Мне нет до нее никакого дела. Я свою работу выполнил и хочу сейчас уйти.

— И видеть ее ты больше не хочешь?

— Нет, не хочу.

— И не испытываешь к ней никаких чувств?

— Никаких. Я к ней совершенно равнодушен!

Последние слова Роланд почти прокричал.

— Понятно. Вопросов больше нет. Можешь идти.

— Спасибо.

Роланд поднялся и направился к выходу. Уже открыв дверь, он обернулся.

— Эй, Тирри. А ты чего разлегся?

— Я остаюсь, — отозвался зверек.

— Ничего себе! — растерялся Роланд. — Ты что же, хочешь оставить меня?

— Совершенно верно. Видеть тебя не хочу. Ты мне не друг, ты меня больше не интересуешь. Я к тебе совершенно равнодушен!

Роланд какое-то время молчал, осмысливая услышанное.