|
Чтобы не пришлось делать это еще раз, если понадобится к чему-то вернуться, я завел в заметках на телефоне собственных дневник Бейтса, и переписывал туда все то, что уже успел изучить. И даже схемы переносил — пальцем по экрану, конечно, а не фотографией, что было бы намного удобнее. Поначалу рисовать пальцем было жутко неудобно (никогда не умел рисовать) и схемы получались еще хуже и непонятнее, чем у Бейтса, но потом я вспомнил, что в комплекте моего неубиваемого телефон есть стилус и дело пошло веселее.
К концу недели я перенес в телефон половину того, что содержалось в книжечке, то есть, одну восьмую, если считать об общего объема. Интересного было немало, но самыми интересными, конечно, были записи о проектах, которые не удалось реализовать. Например, Бейтс, как и я, задумывался о том, как сделать артефактные пули, но уперся все в те же ограничения, о которых рассказывал Вилатов. Передать ману напрямую от мага в пули нет возможности, а кристаллов манолита подходящего размера просто не существует в природе. На уроках я стал слушать вдвое внимательнее, потому что мне было крайне важно знать, насколько продвинулась магия с тех времен, когда Болтон Бейтс писал твой дневник. Удалось ли найти решение тех проблем, с которыми он столкнулся и смогу ли я (или может уже кто-то смог до меня?). Напрямую задавать такие вопросы было бы слишком рискованно, поэтому оставалось просто слушать лекции и ждать, когда тема дойдет до того, что меня интересует. Единственное, на что я позволил себе отвлечься от дневника — тренировка по аэроболу. Уже в эти выходные должна быть состояться игра с элементомантами, и все ждали ее с огромным нетерпением. В том числе и моя команда. В них чувствовался мандраж перед соперниками в более крутой и дорогой экипировке, но мое присутствие явно укрепляло их боевой дух и не позволяло впасть в уныние. Никогда еще учебная неделя не пролетала так быстро. Я будто моргнул, а выморгнул уже в субботу, утром, услышав сигнал к подъему. За окном шелестел дождь, будто нашептывая, что он тут надолго, солнце почти не проглядывалось в тучах, и вообще все было довольно серо и уныло. Руководство Урмадана, видимо, было того же мнения, потому что через минуту после нашего пробуждения мой телефон завибрировал от нового уведомления: «Уважаемые студенты! В связи с погодными условиями игра в аэробол между командами техномантом и материамантов переносится на завтра!» Ну, завтра так завтра. Это как минимум честно, ведь стихийники, играя под дождем, могут незаметно мухлевать, применяя в процессе магию, и никто этого даже не поймет. — Я в Смекалинск. — заявил я, прочитав уведомление и откидывая одеяло. — А завтрак? — изумился Паша, тоже спуская ноги с кровати. — Там поем. — я махнул рукой. — Дела есть. — А-а-а… Тогда я тоже там поем! — Паша тряхнул головой. — Я тоже туда собирался! — Надеюсь, ты не пытаешься увязаться за мной? — я скосился на Пашу и улыбнулся, переводя все в полушутку. — Вот еще! — фыркнул он. — Сдался ты мне со своей девушкой! Да понял я, понял, что у тебя там пассия завелась, чай не дурак! Ну и отлично. Пусть думает, что я еду к девушке. Тем более, что я действительно еду к ней. И к ней тоже. После того, как закончу с делами. Мы выскользнули из университета даже раньше, чем в гостиную выползли первые зевающие и трущие глаза студенты. Накинув капюшоны курток, мы быстро пересекли замковый двор и юркнули в такси, которые уже стояли возле ворот. Возможно, они с самой ночи тут ждали. И Смекалинск ждал нас тоже.
Глава 10
Когда мы доехали до Смекалинска, тот еще наполовину спал. В выходной день некому было торопиться на работу, некому было заполнять улицы безликими серыми толпами. |
