— Апатичный? — в моей характеристике я бы поставил это определение на последнее место.

— Мужчины, у которых нет дома — или пожившие в одиночестве — ходят с Пенджей, Песчаный Тигр. Им все равно, куда идти, лишь бы найти работу, женщину и вино, — он улыбнулся. — Боги благословили тебя необычным ростом, силой и реакцией, у тебя врожденный талант… Зачем такому одаренному человеку попусту тратить силу? Но нет, он просто отмахивается от насекомых вместо того, чтобы раздавить их и узнать, на что он способен… и если он предпочтет давить их, он него не будет спасения.

Он замолчал, а я смотрел на него, сбитый с толку его выводами и умением судить о людях так легко и говорить с такой уверенностью.

Я лежал неподвижно, помня о веревках.

— Оставь ее в покое.

— Нет, — он сделал шаг ко мне. — Ты понял, о чем я сейчас говорил? Ты из тех, кого нельзя купить. Ты — аномалия, Песчаный Тигр. Ты отличаешься от всех танцоров мечей, потому что они охотно продают себя, не понимая, что это тоже рабство, только другого сорта.

Я подавил в себе злобу и постарался говорить спокойно.

— Значит я тоже войду в твою коллекцию?

— Нет. Танцоров мечей можно купить десяток за медяшку… конечно, может быть, ты стоишь и подороже, но не настолько, чтобы я захотел пополнить тобой мою коллекцию. Нет, — задумчиво повторил он. — Если бы мне понадобился танцор меча, я взял бы Аббу Бенсира.

Я рявкнул не задумываясь:

— Аббу Бенсира!

— Я собираю все самое уникальное, Песчаный Тигр. Вот в чем дело. Ты очень хорошо танцуешь — седьмой ранг, кажется? — но Аббу… Аббу есть Аббу. Аббу Бенсир.

Знаю, знаю. Глупо было хотя бы думать о ревности в моем положении, но я чувствовал себя задетым. Слова Умира больно ударили по самолюбию. Потому что хотя и без того плохо быть скрученным и брошенным в вонючий сарай из-за своей расхлябанности, еще хуже слышать, что ты не стоишь своего главного противника.

Я мрачно покосился на него.

— Слышал о Чоса Деи?

Он слабо улыбнулся. Брови изогнулись в веселом недоумении.

— Чоса Деи — Южная легенда. Конечно слышал.

Я ухмыльнулся.

— Он тоже собирал. Хотя в основном магию.

— Значит мы очень похожи, волшебник из легенды и я, — рассмеялся Умир. — Мне пришлось овладеть частью магии.

Всего лишь ЧАСТЬЮ, отметил я. Мне это почему-то показалось важным.

— Так что дальше, танзир? Ты оставишь меня здесь на съедение крысам или придумал что-то поинтереснее?

— Я думаю только о женщине, — он улыбнулся, заметив, что мои мускулы непроизвольно напряглись в попытке порвать веревки. — Я бы на твоем месте не старался так освободиться, Песчаный Тигр. Тебя связывает не веревка, а магия.

Я окаменел.

— Магия?

— Руническое заклинание, если быть точным, — он пожал плечами. — У меня есть гримор.

— Гри… что?

— Гри-мор, — произнес он. — Коллеция магических заклинаний и родственного с ними колдовства. Она называется Книга Удре-Ната, Книга Поглощенной Души, — танзир улыбнулся. — Моя душа еще при мне… но уже заложена, — одна рука скрылась под бурнусом и появилась обратно с куском серо-коричневого шнура. — Примерно вот так, видишь? — он тихо произнес одно слово и шнур засиял. Это был тот самый омерзительный желто-зеленый свет, который шел из-за моей спины. — Вот. Руническое заклинание. Книга Удре-Ната полна таких мелочей и вещей посерьезнее, — он подошел поближе, немного наклонился и покачал сияющим шнуром перед моим лицом.