Красный Ронин стоял на коленях возле окна, но не возносил молитв изображенной на нем богине. Повернувшись спиной к витражу и закрыв глаза, он что-то нашептывал – настолько тихо, что разобрать слова было невозможно. Таристан бродил в тени, которую отбрасывала стена часовни, напоминая тигра с выпущенными когтями. Он сменил придворный наряд на грубую кожаную одежду и тот же потертый плащ, что окутывал его плечи в тот день, когда Эрида увидела его в первый раз. Сейчас его можно было принять за кого угодно, только не за королевского супруга. Вынутый из ножен Веретенный клинок сверкал в его руке. В идеально чистой стали, словно в зеркале, отражалось голубое небо с белыми облаками.

Его взгляд коснулся глаз Эриды, словно молния, ударившая в землю.

Она замерла, стараясь держаться уверенно. Воздух между ними трещал – Веретено уже было сорвано или же находилось неподалеку. Оно либо горело, либо желало загореться. Эрида вдохнула воздух ртом, надеясь ощутить его вкус.

– Все готово? – спросила она, оглядываясь по сторонам.

Однако часовня казалась ничем не примечательной. Старый камень, сломанные плиты, мох и корни. Деревья – еще недостаточно высокие, чтобы их кроны могли сформировать новый купол. Она не видела ничего необычного, ничего, что намекнуло бы на близость сорванного Веретена – еще одного прохода в другой мир, из которого им явится новый великий дар. Быть может, армия. Быть может, чудовище.

– Еще нет, – ответил Таристан таким же звучным голосом, каким она его помнила. Она снова почувствовала в своих волосах пальцы мужа и увидела его кровь на своей кровати.

Эрида взглянула на Ронина, а затем еще раз осмотрела окружавшие их руины.

Она сделала еще один вдох. Пусть ей не удавалось почувствовать вкус Веретена, она ощутила вкус правды.

– Два десятилетия назад замок был разрушен землетрясением. Люди говорили, что это воля богов или обычное природное явление. Но на самом деле это не так, верно? – солнечный свет струился сквозь окно, окутывая лик Адалины нежным свечением. – Здесь находится Веретено. Пусть оно закрыто, но все же оно выжидает. Именно оно и разрушило замок.

Маг распахнул глаза и оборвал молитву.

– В ваших хрониках именно так и говорится – если, конечно, читать их вдумчиво, – прошипел он. – Даже эхо магии обладает силой.

Его красные глаза пробежали по коже Эриды от запястий до самой шеи. Его взгляд был подобен раскаленной кочерге, достаточно жаркой, чтобы заставить ее ощутить удушливый жар, но не настолько, чтобы обжечь. Королева вскинула подбородок. Магу не удастся напугать ее своими фокусами.

В следующее мгновение между ними встал Таристан, заслонив Эриду от его жадного взгляда.

– Я подумал, что вы захотите понаблюдать, – проговорил он, закрывая спиной рыдающую Адалину.

Солнце над их головами скрылось за облаком, погрузив их в тень. Ветер, налетевший на останки замка, провел по дорожной одежде Эриды своими невидимыми пальцами. Он трепал пряди, выпавшие из кос, короной оплетавших ее голову, создавая перед ее глазами легкий русый занавес.

Она посмотрела Таристану в глаза.

– Вы подумали верно.

Он повернулся на каблуках и с занесенным кулаком подошел к витражному окну. В следующую секунду он ударил богине в лицо, без видимых усилий разбивая стекло, которое посыпалось на мшистый пол сине-белым водопадом. Несколько осколков воткнулись в костяшки его пальцев, и он поморщился, вытягивая их из кожи.

«Значит, он все еще чувствует боль».

Эрида смотрела на него, ощущая, как ее переполняет восторг.