— Не думаю, что тебе стоит ввязываться, Коннор!

— Пусть тебя это не волнует. Я веду дела со многими людьми, мы связаны обязательствами, и я могу потребовать сообщить мне некоторые сведения.

— Я не могу позволить…

Золотые глаза насмешливо сверкнули.

— Леди! Вы не можете только одного — остановить меня. Линда, запомни, куда бы ты ни направилась, я буду на шаг позади. Или впереди.

Зачем он это делает?! Неужели потому, что любит ее?

― Почему, Коннор?

— Считай, что у меня шкурный интерес. Я ведь один из вкладчиков фонда. Кстати, нас таких много. Первым делом поговорю с редакторами газет. У них должна быть еще какая-нибудь информация. Кроме того, издатель книги — он тоже может быть полезен.

— Книга не появится до пятницы.

— Я возьму сигнальный экземпляр.

Его уверенность подавляла, но Линду это отнюдь не расстраивало.

— Коннор, мы даже не знаем, как на самом деле обстоят дела в фонде. Ведь газеты…

— При всем моем неуважении к газетчикам, они вряд ли руководствовались только слухами и сплетнями. Газеты часто врут, но при этом почти всегда знают правду.

— Деньги могли пропасть и по другим причинам…

— Полагаю, мы сможем это выяснить.

Он вышел из комнаты, и Линда без сил вытянулась на диване, чувствуя себя так, будто попала в самый центр торнадо и чудом выжила. Она вяло подобрала газету, перелистала ее. Ник улыбался ей с фотографий, живой, веселый, легкомысленный.

Она вспомнила лицо Пенни. Ник, как ты мог это сделать! С ней… со мной…

Линда не заметила, как Коннор вернулся, и вздрогнула, услышав его тихий голос:

— Что с тобой?

— Я смотрю на него, как на незнакомца. Как он мог так поступить со мной? Почему я была так слепа?

— Это бывает.

— Я знаю. Измены случаются и в счастливых семьях.

— Думаю, что даже чаще, чем в других.

— Я считала наш брак счастливым. Именно из-за этого я и чувствую себя полной идиоткой. Может, начнем работать?

Вечер принес массу информации — и новых потрясений. Линда молча пробежала глазами несколько страниц документов, губы ее побелели, она тихо прошептала:

— Где ты это взял?

— Контакты. Связи. Взаимопомощь.

Он подошел к ней, склонился над плечом, и Линда жадно вдохнула его запах — запах молодого сильного хищника, запах мужчины…

Не отвлекаться!

— Это тебе мог предоставить только тот, кто имеет полное право подписи. Кто это? И почему он — или она — помогает тебе?

Коннор выпрямился и мрачно посмотрел на нее.

— Тебе не надо этого знать.

— Но если эти бумаги правдивы…

— Они абсолютно правдивы.

Линда с трудом смогла перевести дыхание.

— В таком случае ситуация такова. С начала года фонд потерял восемь миллионов долларов. Кое-что благодаря неудачным вложениям, однако кое-что — из-за Френка, причем он явно скрыл это от учредителей. Я хочу кофе.

— Не будет тебе кофе! Слишком много кофе вредно. Пошли отдыхать. Обед почти готов, а пока мы можем выпить.

— Но я не хочу обедать! Я хочу выяснить все до конца…

— Не сейчас. Ты и так вымоталась.

В его голосе звучала сталь, и Линда покорно поднялась из-за стола. Только сейчас она заметила, что солнце уже село и в комнате горит свет.

— Я должна все выяснить!

— Ты буквы-то еще различаешь? А цифры? Все, пошли. Без разговоров!

Линда пыталась протестовать, но железная, рука Коннора буквально выдернула ее из-за стола.