Хелен смеется:

— Когда я перееду к тебе, то ежедневных завтраков в постель, боюсь, не будет.

— Серьезно? — наигранно удивляюсь я. — Тогда мне следует подумать, не взять ли назад свое предложение.

— Ты не сможешь, — говорит она, ставя поднос передо мной. — Уже слишком поздно. Мысленно я уже все поменяла в гостиной. Я уже знаю, какой новый диван мы купим. Кроме того, я уже обдумала, какие усилия мне надо будет предпринять для того, чтобы жилище утратило вид холостяцкой берлоги. Я уже размышляю о том, что нам необходимо купить в «Твое и мое» купальные халаты, чтобы не бродить постоянно… — она жестом показала на мою рубашку, в которой я, должен признаться, никогда не выглядел так хорошо, как она, — …по дому в таком виде. Что ты на это скажешь?

— Купальные халаты? Да как-то сразу и не знаю…

Она наклоняется и целует меня.

— Ладно, подумаем.

7.22

— Не могу поверить, что ее уже нет, — всхлипывая, говорю я Маркусу по телефону.

— Понимаю, любовь моя, — сочувствует он. — Ты, должно быть, безутешна из-за случившегося.

— Одной частью своего сознания чувствую себя виноватой за столь сильные переживания, — говорю я ему. — А другая часть внушает мне, что я не должна так сильно убиваться из-за смерти кошки, поскольку в окружающем мире существует масса всего, из-за чего следует по-настоящему печалиться. Но сейчас мне наплевать на окружающий мир. Диско была моей кошкой. Я взяла ее крошечным котенком… почти десять лет назад.

— Что ты собираешься делать? Ты пойдешь в ветбольницу, как и собиралась, чтобы…

— Решить, что делать с ее телом?

— Да.

— По всей вероятности. В таком состоянии мне нечего делать на работе. Пользы от меня никакой. Я позвоню им и что-нибудь сочиню.

— Я думаю, ты приняла правильное решение не ходить на работу. Я бы пошел с тобой в ветбольницу, но…

— Я знаю, ты не можешь. Не бери в голову.

— Ты не должна идти туда одна. Ты можешь пригласить кого-нибудь из друзей сходить с тобой? Может, Джейн?

— Она сейчас в Хельсинки со своим новым бойфрендом. Честно говоря, мне проще и удобней пойти туда одной. — Наступает тягостная пауза. — Как ты думаешь, я должна позвонить Джиму и сказать ему о том, что случилось? Я все время думаю об этом, но никак не могу решить, как будет лучше. Ведь Диско была также и его кошкой. Но я не хочу расстраивать тебя.

— Да о каком расстройстве ты говоришь? — успокаивает меня Маркус. — Ведь ты только известишь его о том, что случилось.

— Ты прав. Но я не общалась с ним с… ну, ты же знаешь, с какого времени. Я думаю, что это будет несколько странно. У меня где-то записан номер его мобильного телефона — если, конечно, он не изменился, — а что, если он живет с кем-нибудь еще и трубку возьмет не он? Им не покажется странным мой звонок?

— Меня всегда поражает твоя способность предвидеть всякие возможные ситуации, которые могут завести не туда. Послушай, я не буду вмешиваться, делай как знаешь. Делай то, что считаешь нужным.

7.38

Едва я успел выйти из-под душа, как из моего мобильника раздались звуки «Полета валькирий».

— Хелен? — кричу я из ванной. — Крошка моя, ты можешь дать мне сюда телефон? Он звонит.

Я слышал, как телефон, несколько раз проиграв мелодию, смолк; я жду, а вода с моего тела капает на пол, жду, стоя в ванной, пока Хелен не отзовется наконец на мой крик.