Уже очевидно, что она попала в этот мир из-за своего папаши. Но, может, не просто попала! Может, он что-то сделал с ней… И теперь она боится или стесняется показываться мне на глаза, а другим не доверяет.

Только вот стесняться меня ей было не нужно. Я мог принять ее любой, я знал об этом – точно так же, как она когда-то приняла меня.

Итак, я оторвался от группы, но чуда не случилось. Меня никто не ждал в этом городе, и улицы оставались пустыми. Не появилось никаких указателей, здесь не было телефонов, способных зазвонить в нужный момент… Словом, я двигался вслепую. Иногда мне казалось, что я что-то слышу – не звук даже, а отзвук, прилетевший издалека. Но никакого другого указания на постороннее присутствие не было.

Я посмотрел наверх и обнаружил нависающее прямо надо мной здание. Огромное здание с сияющими желтыми окнами, в которых виднелась все такая же нормальная жизнь, будто и не замечавшая эти игры с гравитацией. Я не представлял, на чем и как держится этот дом. Но я слишком четко понимал, какое невразумительное кровавое пятно от меня останется, если он рухнет мне на голову, а потому пошел быстрее.

Свернув на соседнюю улицу, я наконец остановился как вкопанный. Нет, здесь по-прежнему никого не было, но здесь обнаружилась надпись! Сделанная белой краской на стене, она, как и на том проклятом этаже, выдавала почерк Рэдж, не оставляя никаких сомнений, что это написала моя жена. Здесь слова были другие: «Соблюдай правила игры».

Что ж, смысла в них было не больше, чем в предыдущей надписи. Какой игры? И где мне узнать эти правила? Чтобы соблюдать их, сначала не мешало бы узнать! Мне казалось, что кто-то попросту издевается надо мной, но это не могла быть Рэдж, она бы никогда так не поступила. Она знает, как мне тяжело без нее!

Ну и как это тогда понимать? Кто-то подделал ее почерк или она действовала не по своей воле?

– Рэдж! – крикнул я. – Ты здесь?

Это было не менее тупое решение, чем отделение от группы. Если здешние чудовища и не почуяли меня, то уж теперь точно услышат. Да плевать на них! Я ведь пришел сюда не для того, чтобы поселиться и жить до старости, все сводится к моей жене.

Я подошел ближе к стене и коснулся надписи рукой. Краска уже высохла, и это лишь означало, что ее нанесли больше пары часов назад. А дальше временной промежуток был не ограничен, до бесконечности, и у меня не было никаких гарантий, что Рэдж все еще в городе… или что она оставила эту надпись для меня.

Я должен был продолжать поиски и не должен был оставаться на месте. Не так уж сложно сообразить. Если Рэдж не отозвалась сразу, значит, не услышала меня, зато услышать мог кто-то другой, а мне тут ни с кем не хотелось встречаться.

Соседние улицы были ничем не примечательны, и я снова остановился лишь на той, где впервые увидел магазин. Хотя нет, «магазин» – слово слишком строгое, слишком современное, рисующее рекламные плакаты и кассовые аппараты. А это скорее была лавка, занимающая первый этаж очередной изуродованной высотки. Большие окна, золотистый свет нескольких ламп под абажурами внутри и деревянные полки с книгами – на весь зал. Книги были старые, в разноцветных обложках, определенно дорогие… Над лавкой не было никакой вывески, но, кроме букиниста, у меня вариантов не нашлось.

Массивный деревянный прилавок, украшенный причудливой резьбой, оказался пуст. Это вроде как намекало, что меня там не ждут, но… Я устал маяться на этих улицах, я же ничего не добился! Может, внутри я найду подсказку? Да и потом, книги – ценнейший источник информации. Если я вернусь к остальным с книгами, я даже смогу избежать истерики Сергея на предмет того, что я попрал его авторитет.

Понятно, что заходить в такие места в одиночку да без оружия – сомнительная идея.