– Теперь вы меня понимаете, мисс Скайлер? Розалинда повернула голову к своему мучителю, стараясь шевелиться как можно меньше.

Леннокс стоял напружинившись, явно готовясь ударить ее снова. На его губах играла злорадная улыбка шакала, стащившего у льва его законную добычу, а в глазах горел кровожадный огонь, выдавая желание продолжать избиение. Убитую девушку он словно вообще не замечал.

– Понимаю, – прошептала Розалинда, уже и не зная, что лучше – умереть или стать женой. – Я сочетаюсь с вами браком в понедельник, после отпевания мисс О'Хара в церкви.

На лице Леннокса отразилось разочарование, затем на нем появилось выражение триумфа.

В дверь тихо постучали, потом она бесшумно открылась. Сердце Розалинды запело от радости: наконец-то подоспела помощь!

Сайлас Данлеви, ее опекун, войдя в салон, остановился перед мертвым телом Бриджит, и его лицо выразило неодобрение. Глядя на труп, он скривил губы и перевел взгляд на Леннокса.

– Ты говорил мне, что собираешься убедить ее, а не поднимать такой шум, что даже в моей каюте было слышно. Слава Богу, у команды хватило ума не вмешиваться.

У Розалинды похолодела спина, и она, с трудом поднявшись, облокотилась о бюро.

Леннокс равнодушно пожал плечами.

– Она согласилась обвенчаться со мной в понедельник после похорон ее глупой служанки – разве ради этого не стоило постараться?

– Хорошо. В таком случае пора начать раздел денег: нам нужно время, чтобы разобраться со всеми акциями и облигациями.

Боже праведный! Леннокс и Данлеви действуют заодно!

– А моя служанка? – воскликнула Розалинда. Данлеви хмыкнул:

– Я пришлю стюардов, и они вычистят ковер. Дружно повернувшись, мужчины вышли, спокойно обсуждая между собой, как поделят деньги Розалинды. Она, разумеется, не сомневалась, что Леннокс лжет – он не даст Данлеви ни цента. Ей повезло хотя бы в этом – человек, предавший доверие ее отца, не должен получить вознаграждение.

– Только не вздумай обращаться в полицию, дорогуша. – Леннокс снова заглянул в дверь. – Я полицейских тоже подкупил.

Розалинда пожалела, что не имеет под руками пистолета отца, чтобы размазать обоих грабителей по стенке. В другой раз она никуда не выйдет без оружия даже в женской одежде.

– До понедельника, дорогая! – Леннокс рассмеялся. Теперь он вел себя вполне миролюбиво.

Когда дверь за ним закрылась, Розалинда опустила Бриджит веки и накрыла ее скатертью. Почти сразу же вошли два стюарда и, не удостоив Розалинду взглядом, унесли тело.

С трудом переставляя ноги, она добралась до своей каюты. Теперь она была по-настоящему одинока и беззащитна. Прежде у нее была любящая семья, друзья, слуги, но сейчас…

Кто ей поможет? Слуги? Вряд ли.

Друзья? Розалинда всегда гордилась, что имеет больше друзей среди честного рабочего люда, чем среди бездельников-богатеев, но сейчас не могла назвать никого, кто мог бы постоять за нее, не опасаясь, что Леннокс и Данлеви отнимут у них жизнь.

Полиция? Полицейские скорее предпочтут взять у Леннокса деньги, чем примут меры против него и Данлеви.

Впервые в жизни Розалинда ощутила, что значит быть одной-одинешенькой в мире, без семьи, способной встать на ее защиту. Она без сил опустилась на стул; ее бока пронзила острая боль, и она всхлипнула.

Однако уже через несколько минут Розалинда взяла себя в руки и начала составлять план. Замуж за Леннокса она, разумеется, не пойдет: тогда уж лучше умереть и оставить все состояние благотворительным организациям, перечисленным в завещании отца.

Впрочем, торопиться с этим вряд ли стоит: чтобы получить право распоряжаться деньгами, ей достаточно дожить до двадцати пяти лет или вступить в брак.