Когда вспышка осветила станцию и «Железный Юрий» шагнул по мраморному полу, я едва не закричал от восторга:

— Превосходно!

Но потом, неожиданно, возникла проблема: мраморный пол оказался чересчур скользким после того, как уборщицы метрополитена, явно пуская пыль в глаза многочисленному начальству, присутствующему на съёмочной площадке, помыли этот самый мрамор с шампунем. Да так намыли, что актёр при первом же шаге поскользнулся и едва не упал.

Съёмочная группа прыснула со смеху, но я поднял руку:

— Так, товарищи, не ржать! Помните: мы снимаем кино мирового уровня. Постелите резиновый коврик — всё равно в кадре его видно не будет.

Техники тут же выполнили указание, и уже следующий дубль получился великолепным.

Дальше начались поиски Светланы.

Приступили к съёмкам проход робота через общежитие МГУ. Я старался показать советскую Москву глазами неумолимой машины.

Студенты, жившие в общаге, вначале возмутились:

— Нам завтра доклады сдавать да к контрольным готовиться надо, а вы тут кино снимаете! А ну гоните компенсацию!

Я подошёл к ним и сказал:

— Ребята, если получится хорошо, вы потом будете детям рассказывать, что в вашей общаге снимали «Терма-2».

Местные жители переглянулись, поняв, что я не шучу, и действительно снимается не просто кино, а КИНО с большой буквы, тут же взяли у меня и у главных героев автографы и начали помогать: таскали кабели, передвигали мебель и реквизит, держали прожектора осветителей. Киборг же, идущий мимо стендов с лозунгами «Учиться, учиться и ещё раз учиться», выглядел особенно жутко — бездушный металл в сердце советской молодости.

После МГУ был дом культуры ЗИЛ — огромный зал, пустые ряды кресел. В этом, разумеется, можно было тоже найти символизм: в свете мигания красных ламп идущая напролом сквозь советскую культуру безжалостная техника совсем не светлого будущего. Жуть, да и только…

При утренних съёмках на Ярославском вокзале нам помогали милиционеры. Они отгоняли любопытных пассажиров, пока мим с безразличным лицом проходил мимо табло с надписью «Поезд на Владивосток».

— Отлично! — кричал я, видя в этом кадре не только очередной символизм, но и масштаб. — Он будто бы идёт не только по Москве, а через всю страну! Его не остановить! И это должны почувствовать все и каждый!

Кульминация первой половины картины должна была быть снята в библиотеке психиатрической клиники. Согласно сценарию именно там защитник впервые встречает Светлану.

Мы выбрали огромный зал с длинными стеллажами. Тишина была почти мистическая. Я сказал Юрию Петровичу:

— Смотрите, здесь важен не ваш бицепс, а ваша фраза. Вы должны сказать её так, чтобы у зрителя холодок прошёл по спине.

«Железный Юрий» кивнул.

Камера навелась.

— Мотор!

Киборг медленно шагнул к Кате. Та дрожала, прикрываясь, как щитом, книгой в руках. И в этот момент Юрий Петрович произнёс:

— Со мной ты выживешь.

На съёмочной площадке повисла тишина. Члены съёмочной группы даже дышать перестали.

Катя прошептала:

— Я не верю… — и словно бы от безысходности, неожиданно для всех заплакала по-настоящему.

В этот момент, по сценарию, раздался грохот, и в библиотеку ворвался киборг-убийца.

Тут нами был поставлен трюк: стена «ломается», летят искры и, конечно же, дым и пыль.

Тут в суматохе грандиозного кипиша появляется мальчик — сын Светланы. Маленький актёр, десятилетний парнишка, так вжился в роль, что выскочил из-за стеллажа и закричал:

— Мама!

Да так искренне, что я тут же про себя пообещал премировать коллег, кто занимался кастингом.