— Тогда всё понятно. У меня под окнами, внутри палисадника, мины — пердушки стоят. Наступи на такую, и часов десять — двенадцать будешь страдать метеоризмом. Старая курсантская шутка нашего отделения. Меня её установке один алтайский парень научил.

— Хотите сказать…

— Уже сказал. Другой причины не знаю.

— Подпоручик, ну это же неприлично?

— А за переодеванием моей личной служанки прилично подглядывать? Кстати, надо будет сказать сегодня за ужином, что я некоторые мины — пердушки решил сменить на дристушки. Пусть потом никто не жалуется, что не был предупреждён. Иначе двенадцать часов с горшка не слезет.

— Это же ваши боевые товарищи… — попытался воззвать ротмистр непонять к каким чувствам.

Наверное, к тем, которых я за собой никогда не замечал. По крайней мере, в отношении тех, кто надумал мне в карман гадить.

— Боевые товарищи подглядывать и подслушивать под окна не полезут, — отрубил я в ответ, — А вот недоброжелатели… Собственно, их мы с вами и наблюдаем.

— Но вы же понимаете, что ваши прежние выходы придётся отменить?

— Конечно же нет. Я теперь и с одним своим десятком справлюсь со вскрытием Купола. Мы стаи мутантов уже изрядно проредили. Вот только с мясом возникнут проблемы, раз схема добычи нарушена. Его будет крайне мало. И мне бы хотелось, чтобы все узнали, по чьей вине такое произошло, — с намёком выдал один из этапов противодействия, и спустя пару секунд, увидел согласный кивок Удалова.

Признаюсь, выдохнул. Раз начальник заставы на моей стороне, то жить уже легче.

Теперь осталось придумать, как я буду прокачивать свой резерв, находясь под давлением магического фона Купола. Пока мне кажется, что это самый быстрый путь, который позволит мне расти, как магу.

* * *

Дома меня встретил Федот, кипящий самовар и густой запах трав.

Вдохнув ароматы трав, я лишь головой покачал. Ещё одно направление, которым предстоит вдумчиво заниматься — это травничество, а точней — его более узкая специализация — зельеварение.

Самое основное действие зельевара — научился подавать дополнительную энергию, как при первичной переработке грибов и растений, так и при изготовлении из них снадобий. Собственно, именно из-за этого эффективность снадобий, вышедших из рук магов-зельеваров в разы выше, чем если бы их готовил неодарённый травник.

Почти все растения, выросшие недалеко от аномалии, имеют лёгкий магический фон, который они сохраняют не только в высушенном виде, но даже в спиртовой настойке что-то остаётся. Задача мага — зельевара, направит эту магию на усиление лечебных свойств растения, а затем ещё раз усилить, напитав снадобье в процессе изготовления уже своей энергией.

Впрочем, недолго я предавался мечтам, что займусь когда-нибудь зельеварением, Федот мне ещё чай подать не успел, а я уже вижу в окно, как ко мне мой десятник, фельдфебель Самойлов, Илья Васильевич, через плац торопливо вышагивает.

— Федот, Илье Васильевичу чай наливай, — распорядился я прежде, чем крикнуть фельдфебелю, чтобы заходил.

— Наконец-то вы вернулись, ваше благородие, — обрадованно загудел десятник.

— А что, проблемы какие-то были? — насторожился я.

— Никаких не было. Застава в обычное расписание вернулась, а вместо вас с нами ротмистр ходил, — хитро глянул на меня Самойлов, поверх кружки.

Ай да Удалов! А ведь ни слова не сказал, что он не только меня прикрыл, но и моём десятке позаботился, взяв моих парней под своё покровительство. Красавец, что могу сказать.

— Меня жандармерия в Саратове задержала, как потерпевшего. Вопросов у них много было, — начал выдавать я тщательно выверенную дозу информации, — Пришлось мне некроманта с его приспешниками убить, а потом целую толпу нежити на кладбище.