Ну вот… Испортил человеку праздник… Похоже поручик мысленно уже расписал весь наш диалог, и для его завершения уже подготовил красивые фразы, а я ему всё обломал.

А ведь как красиво он сейчас мог начать вещать, что негоже людям его титулов, с неодарёнными купцами якшаться. Нет, больше половины наших офицеров его потуги вряд ли бы поняли, но у той тройки поручиков, что с ним постоянно за столом сидят, он мог бы рассчитывать на успех.

— Что от вас хотел Радошевский? — негромко поинтересовался у меня Васильков, присаживаясь ко мне за стол.

— Вряд ли он намерен ссориться. Просто пытается заработать немного дутого авторитета и слегка потешить своё уязвлённое польское самолюбие, — пожал я плечами.

— Гонора у него и в самом деле хоть отбавляй, — огорчённо заметил штабс-ротмистр, — Впрочем, с поляками всегда было непросто. Шляхта.

— Пусть это останется его проблемами. Меня его подколки абсолютно не задевают, — пожал я плечами.

— Остаётся только завидовать вашему спокойствию, — приятно удивился Васильков.

Ну, а как он хотел. Понятно, что был бы я тем молодым парнем, за которого себя выдаю, то наверняка бы вспылил, и быть бы ссоре. Зато для архимага, прожившего непростую жизнь, такие подначки — всего лишь забавный детский лепет. Что-то вроде подростковых попыток самоутверждения.

Но вот мне как-то неинтересно раздувать конфликт, который попросту не нужен. Мешает.

Меня ждёт по-настоящему серьёзное и важное дело. Я уже разве только слюну изо рта не пускаю, представляя себе, какие возможности у меня появятся с накопителем из Камня черепахи.

Понятно, что это не Пирамида Крейга. Тот эксклюзив, который я добыл в одном из своих походов, и уже будучи архимагом, долгие две недели пытался его наполнить. У того была ёмкость в двадцать восемь моих резервов Силы! С ним я стал практически бессмертен! Ровно до тех пор, пока не нарвался на сплочённую тройку архимагов противника, и они всерьёз меня и Люциуса уделали совместными групповыми заклинаниями.

Однако и то, что я сегодня собираюсь завершить — для этого мира весьма серьёзная заявка. По крайней мере для магов моей степени.

Но пока не стану бежать впереди паровоза. Скоро у меня появится первый серьёзный артефакт, ради которого я впервые расщедрюсь на привязку по крови и нанесу на него свою метку.

Что это даёт? Чуть больший процент эффективности и гарантию того, что никто на этот артефакт не покусится. А уж с моими-то возможностями, так и вовсе. Даже если его потом разберут на части, то в плюсе будет лишь то серебро, которое я раскатал из трёх серебряных рублей. Руны моего бывшего мира вряд ли кто сможет отменить. А сам Камень я потом найду. Метка направление подскажет.

До обеда я успел закончить работы с артефактом и даже немного позанимался своим внутренним Конструктом, добавляя ему крохи эффективности. Один — два процента вышло, не больше.

Смешно? Вовсе нет. Москва тоже не сразу строилась. Это сейчас я так спокойно про пару процентов говорю, а вот когда всерьёз прокачаюсь, мне уже такой скоротечный подвиг повторить не удастся. Там на каждый процент роста совсем не часы и не дни пойдут, месяцы, а потом и вовсе годы.

По крайней мере, так было у нас. А как тут дела обстоят, пока непонятно.

Можно списать возможность усилений на столь несоразмерно большие величины на слабый магический фон этого мира.

Вроде того, что одно было компенсировано другим.

Пожалуй, пока приму это, как возможное объяснение.

— Да, чуть не забыл, — остановил меня штабс-ротмистр, когда я уже начал было подниматься из-за стола, — Вы на обед придите пораньше.

— Будет что-то необычное?

— Скорей всего соседи захотят с вами познакомиться.