- Не случиться. Тут уж будь спокоен. По инструкции наблюдатель может быть в любой момент освобожден от своих обязанностей по личным причинам. Особенно если в его жизнь вмешиваются чувства. Я могу уйти отсюда в будущее легче, чем вы.

- Меня нет в будущем. Я существую только в двадцатом.

- Твоя всемогущая Эл уладит этот вопрос. Так?

- Да. Моя всемогущая Эл толкнула меня в твои объятья, образно выражаясь, пусть теперь устраивает наше будущее. Я бессилен разрешить этот вопрос.

- Не думай о дурном. Я иду с вами. Поэтому могу смело тебя целовать, - заявила она.

Он сам едва смог оторваться от ее губ, собрав в кулак остатки воли.

- Диана. Прекрати.

- Стойкий оловянный солдатик, - укоризненно сказала она, на ее лице отразилось разочарование. - Я ни о чем не смогу думать сегодня, кроме твоих поцелуев.

- Тебе нужно успеть домой и на базу, не то Ванхоффер тебя застукает.

- О Боже. Я не могу представить, как скажу это Карлу, - Диана с испугом закрыла лицо руками. - Я единственный человек здесь к кому он сильно привязан. Для него будет настоящий удар.

- Я считаю, нужно молчать. Сам догадается. Либо поставим перед фактом. Диана, молчи.

- Я - лгунья. Но это ложь во спасение. Не могу его сейчас ранить. Он сделал для вас много за эти дни, а вы уводите сотрудника, близкого человека. Что ж. Я смогу притворяться. Как раньше. На мою удачу сегодня я его не увижу, а вечером перед вашим выходом смогу навестить тебя. Можно?

- Да. Мне придется опять стать Рагнаром Гаруди. За два дня я его изрядно подзабыл. Вышибло из этой реальности.

- Брось прибедняться. Я вам удивляюсь. Вы мгновенно переключаетесь с одних отношений на другие, с одной схемы на другую. За вами не угнаться, напряжение взвинтило мои чувства до предела, забыла, в каком веке живу. Ваша Эл у меня не ассоциируется с Элизабет Шеховской. А после этой ночи я на нее не смогу смотреть не представляя, что под кожей не прячется другое существо. Признаю, этой ночью чувства были острее и ярче, чем, если бы мы…, - она запнулась.

Дмитрий захохотал.

- Поверь, Эл умеет быть человеком. Даже более чем некоторые, кто воображают себя людьми. Кажется, я переусердствовал. Ты права. Такой ночи с женщиной у меня еще не было!

- Не вспоминай. У меня мурашки по коже. Клянусь не называть вас бандитами. Вы стали такими под давлением обстоятельств. Я понимаю, ты не веришь в счастливые исходы из-за обилия трагедий в вашей жизни. Я хочу это изменить. - Она запустила пальцы ему в волосы и запрокинула его голову, нависая над ним. - Все будет хорошо.

- Я не верю, - признался он. - Давай договоримся. Ты станешь моей, только когда мы окажемся в безопасности, когда все будет предельно понятно. Не хочу торопиться. Кто бы меня слышал?! Ох, Алик, как я тебя теперь понимаю! Я готов ждать развязки. Три недели не годы.

- Вы кремень, Рагнар Гаруди. Точно, оловянный солдатик, - смущенно улыбнулась она. - Обожаю вас. Мне становиться стыдно за свое аморальное поведение.

Он погрозил пальцем.

- Я с самого начала знал, что ты первая меня поцелуешь. Прости, но я на таких играх собаку съел, я знаю, когда и как женщина увлекается. Я устою перед твоими чарами, даже если ты полностью разденешься. Можешь не проверять. Я мне достаточно снять рубашку…

- Знаешь, как это называется?! - в шутку рассердилась она. - Не мучай меня!

- Тебе пора. Я тебя отпускаю. - Он дотянулся до своего жилета, заботливо повешенного на стул, посмотрел на часы. - Пора нам обоим, пока сумерки. Добропорядочные венцы не увидят меня в помятых штанах в такую рань. Если только заботливый друг не привезет мне одежду.

Диана успела одеться, даже забрала в прическу волосы, когда дверь квартиры отворилась и Алик с Игорем втащили плетеный сундук.