|
Такие всплески - редкость. Они были прежде, она помнила каждый: в момент ее возвращения; потом, когда он умирал; потом, когда она решилась выйти за него, - все они и диктовались самой жизнью. Этот всплеск нежности не был порождением выстрелов, его волнением. Ее собственное чувство родилось у нее внутри, заставило Эл сначала приподнять голову, закрыть глаза, а потом потереться виском о его покрытую щетиной щеку. Приятно. Она выпрямилась, отстраняясь, чтобы увидеть его лицо. Она изучала изгиб губ в усах, брови, глаза серо-ледяные. Провела пальцем по виску с сединой. Он поседел еще на войне, но она не придавала этому значения, а сейчас в свете неярких ламп вдруг обратила внимание. Она изучала его лицо, позволяя одновременно расти этому тонкому ручейку чувств. "Алик", - твердило нечто у нее внутри. "Алик". Только бы не ринулся навстречу, почувствует, уловит. Взгляд изменился, и сердце вон как колотиться. Испуг перешел в волнение иного свойства. А потом в его глазах промелькнуло понимание, он совершил открытие, мало отличающееся от того, что делала сейчас она. Эл почувствовала энергию на кончиках пальцев, на краях губ. А когда она попробовала опять провести пальцем по его лицу, от самых кончиков ногтей брызнули искры.
- Ай! - он поморщился. - Больно? - Нет. - Он намеренно взял ее кисть и приложил к щеке. Тем самым, погасив ее порыв. Она уловила решимость во взгляде. Но желание экспериментировать у нее не было. Он выпусти ее руку. - Еще раз сможешь? - спросил он. - Мне понравилось. Эл отошла от него и удержала в пальцах только его руку, отвела взгляд. Наваждение улетучивалось, ей хотелось поймать ощущение опять, а для этого ей нужно вернуться к себе, к своим чувствам. Она замерла, теребя его пальцы. Эл превратилась в задумчивое изваяние. От воспоминаний у него сжалось сердце, а потом горло. Он вспомнил рисунок статуи из храма в Алмейре. Неосторожный служитель храма, приняв его за Кикху, показал изображение, ткнув в него пальцем и грозя ему. "Разве не она!" - гордо заявил он ему. Открытие повергло его в шок. Да, Эл была похожа на рисунок. Тогда он впервые уверовал, что она выиграет состязание. Он был готов умереть ради того, чтобы этого не случилось, и умер бы не реши владыка иначе. Эти несколько лет, что они прожили рядом, не напоминали ему того прошлого, он старательно его не вспоминал. И вдруг, оно опять стало настигать их. Задумчивая Эл напомнила ему изображение храмовой статуи не в первый раз за одно это приключение. Едва она упомянула о былой силе, образы прошлого стали соседствовать с настоящим. Она только что пыталась осмыслить собственную чувствительность. Алик уже догадался, что их ощущения однобокие, в отличие от Дмитрия его открытие не испугало. Эл сложное существо. Каково ей в этом мире людей? Но она умеет очень многое. В том числе любить. Она была желанной для него, но с чувствами у Эл определенно была беда. Он мог увлечь ее страстью, собственным потоком чувств. Она впитывала его силу, не отдавая ее обратно, а ее нежность была данью традиции человеческим отношениям, потому что люди так поступают. И вдруг, мимолетное прикосновение ее пальцев к его щеке одарило волной силы превосходящей любой поцелуй. Это было восхитительное чувство. В воображении Эл воскресли еще более древние воспоминания. Она припомнила, как Ас учил ее заново жить и чувствовать. Тело не отличалось от трупа по способности проводить сигнал от нервов к мозгу, грубо говоря. У нее отсутствовала даже тактильная чувствительность. Она могла ощущать, но едва ли так, как это представляют люди. В ней словно был натянут струнный стан, таких масштабов, что человек бы сошел с ума. Этими струнами она воспринимала окружающее. Все сразу. Молниеносно, без границ пространства. Боль! Что такое чувства тела после этого? Это благо, что она раньше плена утвердилась в мысли, что она больше не человек. Да, потом тело чувствовало боль. |
