Слушая министра, Уилл устало опустился на влажную землю. Вокруг него кричали рыцари, ржали кони. Ногаре продолжал вещать скрипучим голосом:

— Понимаешь, король хочет поскорее покончить с Темплом. Ему не нужен открытый суд. Поэтому мы решили избавиться от таких рыцарей. Но все по закону. Клименту не к чему будет придраться.

Пальцы Уилла нащупали в земле что-то твердое.

— Когда твои братья узнают, что стало с теми, кто отказался от своих признаний, они одумаются, и король будет доволен. — Ногаре наклонился ниже. — Кстати, Кемпбелл, на прошлой неделе один из рыцарей на моем допросе сломался. Его зовут Лоран. Он сказал, что казна в Шотландии.

Предмет, который нащупал Уилл, был длинный, тонкий и заканчивался стальным острием. Стрела. На мгновение он удивился, как она здесь оказалась, но его тут же окрылило сознание — Бог все видит и управляет миром. Стрела лежала здесь не случайно. Ему было назначено ее найти.

— Лоран сказал, что казну повезли двадцать рыцарей, — бубнил Ногаре. — С ними была еще беременная женщина. Рози, верно? Когда я отыщу казну, доберусь и до нее.

Уилл крепко сжал стрелу. Он не тешил себя иллюзией, будто сможет уйти отсюда живым, но надеялся взять с собой Ногаре. И все закончится так, как и должно закончиться. Вскочив на ноги — откуда только взялись силы, — он ринулся на министра, но ударить не успел.

Ночь огласилась людскими криками и ржанием коней. Началось непонятное смятение. Королевские гвардейцы поскакали к дубам, но два коня вдруг поднялись на дыбы и повалились, давя под собой всадников. Ногаре укрылся в фургоне и кричал оттуда:

— Гвардейцы! Захватите хотя бы одного-двух живыми. Я хочу знать, кто они.

Спешившиеся гвардейцы бежали к своим коням. Один вставил ногу в стремя и ухватился за седло, но запрыгнуть ему помешала ударившая в спину стрела. Конь помчался, таща его за собой по полю. Вот упал еще гвардеец и уронил факел.

— Убивайте же узников, черт возьми! — вопил Ногаре. — Убейте их всех!

Уилл увидел, как один рыцарь упал, зарубленный у кострища. Затем другой. Ощутив сзади движение, он развернулся. Замахнувшись мечом, на него шел королевский гвардеец. Его путь остановила неожиданно вылетевшая из темноты стрела, вонзившаяся в горло. Гвардеец уронил меч и повалился на спину. Уилл схватил его меч, собираясь ринуться к Ногаре. Силы были на исходе, кружилась голова, но он намеревался довести дело до конца.

Наперерез ему рванулся неизвестно откуда возникший человек. Высокий, белокурый, с широким крепким лицом. Уилл вгляделся и выронил меч. Десять лет прошло с тех пор, как он в последний раз видел это лицо.

— Дэвид…

— Отходим! — крикнул один из гвардейцев. — Отходим!

Ногаре вопил, призывая их вернуться, но гвардейцы, прикрываясь щитами под градом стрел, развернули коней и поскакали прочь.

Уилл больше не следил за ходом сражения. Потрясенный, он смотрел на племянника. Дэвид крепко его обнял, затем отступил на шаг.

— Ты ранен? — Он потрогал окровавленную повязку, покрывающую правый глаз Уилла. — Что они с тобой сделали?

Уилл не успел ответить. Их окружили люди. Среди них он увидел и трех уцелевших рыцарей.

— Это он? — раздался рядом знакомый голос.

К Уиллу подбежал Робер, а с ним и шестеро рыцарей из тех, кто увозил казну в Шотландию. Уилл не сразу узнал их без мантий тамплиеров.

— Боже, Робер, — прошептал Уилл, обнимая друга.