Пока Светка везла меня назад, я уснул.

— Иди уже домой, алкач, — шутит подруга, высаживая меня возле гостиницы.

— Я ещё и ходок! — вскинулся я, продолжив цитировать известный фильм. — Слушай, Светка, а зачем я тебе нужен?

— Дурак, что ли? Свой Штыба! Кто откажется?

И меня поцеловали в нос. Как щенка.

Утром я бодро собираю свои вещи, готовясь выезжать. Время выселения в гостиницах неизменно и одинаково для всех — до двенадцати часов. Вспоминаю, что обещал зайти к отцу Михаилу.

— Молодец, что пришёл.

Батюшка живет один в люксе. Очевидно, дела в его приходе идут хорошо.

— Так ведь пост, до первой звезды нельзя, — кивнул я на пустую бутылку коньяка.

— Какой пост? — удивился Михаил. — Сейчас только на Иоанна Богослова будет ужесточение, и то рыбу можно. Запутал ты меня! Я к тебе с просьбой.

— Слушаю, — я сажусь на единственный в номере стул.

— Есть у вас в крае городишко Енисейск, — начал поп.

— Ничего себе городишко, бывшая столица Енисейской губернии, — сразу прервал я.

— Да пусть! — поморщился собеседник. — Надо мне туда попасть. Есть ли в этом городе какие гостиницы? Можешь ли ты для меня заказать номер?

— А что там делать будешь? — прикидываю я, всем видом показывая, что проблемка плёвая.

Ну, город не закрытый, его и в будущем, когда поставят там радиолокационную станцию космического наблюдения «Воронеж ДМ», не закроют, а сейчас попасть туда вообще не составляет труда.

— Гостиница, думаю, там есть, хотя может быть совсем простая, вроде как, кровать, светильник и графин. Надолго тебе, и когда надо?

— Монастырь там есть, надо мне туда. А время любое подойдёт, я сейчас без прихода, могу хоть завтра. Номер лучше на неделю снять.

— Женский монастырь, что ли? — я вспоминаю, что у Евы сестра родная как раз в тех местах обитает.

— Нет, мужской! — так спешно возразил Михаил, что стало ясно — соврал.

Ещё и покраснел! Ну, да то его дела.

— Приеду — уточню. Тебе куда позвонить? Сюда в гостиницу? — обещаю я.

— В Тулу на домашний, — Михаил записывает номер телефона химическим карандашом на куске коробки от конфет.

Выписавшись из гостиницы, еду в Федерацию бокса, где мне обещали выплатить деньги за членство в сборной, но там не оказалось кассира — заболела. Обещают прислать почтовым переводом. Иду к врачу сборной и, помимо витаминок, получаю милдронат с расписанной схемой приёма.

— Тренеру отдашь! — требует врач.

Очевидно, веры в мою обязательность у него нет, и это обидно.

— Не переживайте, я человек ответственный, — успокаиваю я.

Захожу и к Копцеву, у того отдельный кабинет, больше похожий на кладовку. Мне выдают майки, трусы, кеды, перчатки. Багаж придётся брать, а ведь сюда налегке летел. Также дают бумажку с наказами для Леонидыча, ну, и сообщают, что я записан на турнир в июне. Правда, тот будет проходить не в Москве, а в Ленинграде. Чёрт, опять время терять, а оно в июне ценное — МЖК надо будет закруглять. Чем ближе сроки сдачи, тем больше разных споров и склок. Народ волнуется! Турнир же этот заявлен как отборочный, но проблемы могут быть только у Скрябина, у него равный конкурент — Пакеев, и если Скрябин ему проиграет, то может потерять место в сборной. Остальные тоже могут проиграть, но смотря кому — если иностранцу, то ничего страшного, если своему, то ещё будет спарринг.