Успел заехать и к Власову, но тот занят до неприличия и смог мне уделить минуты три всего. Толком не пообщались. Вике я звонить не стал, а набрал Светку.

— Совершенно разбита. Вчера ещё хорошо было. Я эти дни так тяжело переношу, Толя, — пожаловалась она.

Пришлось до аэропорта добираться на автобусе.

Глава 26

Полет прошёл плохо — у меня поднялась температура, и, как назло, таблеток никаких с собой, кроме милдроната, нет, но он, вроде, не жаропонижающий. Я даже инструкцию почитал. Сидящая рядом и пышущая здоровьем толстуха, заметив мой жар, стала отодвигаться от меня в сторону иллюминатора, наваливаясь при этом на такого же нехрупкого дядю её лет. Тот поначалу принял это за игру и даже попытался подкатить, но потом теснота его заколебала, и он стал пихать тетю ко мне. Короче, вместо романтичного знакомства вышла у них ссора. Но это я уж наблюдал сквозь горячку. Кто-то из доброхотов (ну, или трусов) поблизости вызвал стюардессу, и мне дали, наконец-то, таблетку парацетамола и стакан воды. Температура спала, оставив после себя испарину. Я выпросил упаковку таблеток у доброй и красивой стюардессы, которая меня, по-моему, одна и пожалела. Где это я заболел? В ресторане отравился? Но других симптомов нет. Хотя горло начинает побаливать! В аэропорту? Ну, может быть — шесть часов просидел там. Пока получал багаж, пока искал на стоянке машину, которую за мной прислали, мне опять поплохело. Водила, чей номер машины мне дали в спорткомитете, благополучно дрых как барсук, еле распинал, чтобы проснулся и открыл дверь.

— Куда поедем? — широко зевнул он, заводя жигуль-тройку.

— Давай в Николаевку.

Я все же решил не ехать в больницу, хотя такая мысль изначально была.

Дома и правда стены помогают — стало лучше. Но не настолько, чтобы идти на работу 5-го мая. В принципе это обговаривалось с моим начальством ранее, но фигня в том, что мне плохо было и 6-го! И позвонить, предупредить, никак нельзя, да и врача на дом не вызвать. Конечно, ходят врачи по домам, но я живу не по прописке и прикреплён к студенческой поликлинике. А мне ещё край башки на работе надо быть, ведь впереди длинные выходные по случаю празднования 9-го Мая, и сегодня последний рабочий день. Пришлось, приняв в очередной раз жаропонижающую пилюлю, в испарине ехать на службу. Ещё раз спасибо тебе, добрая девушка, за подаренное лекарство, ведь купить его в Николаевке — проблема.

— Ты зачем, Толя, приехал?! Тебе надо к врачу! — забеспокоилась моя секретарша Аня.

— Да мне кучу звонков надо сделать, и к шефу.

— Толя, иди от греха подальше домой или к врачу. Вчера бюро крайкома было — всё хорошо у нас, не опозоримся. Человек сто будет на шествии по твоей инициативе, минимум, — возмутился и Шенин, видя моё состояние нестояния. — И так с этим митингом вчерашним проблемы.

— Митинг? А что требовали? — удивился я.

Вроде, Красноярск спокойный в этом плане город.

— «Бюрократов вон из КПСС» скандировали, потом фото покажу, — ворчит Шенин.

— Костя, привет. «Сам» сказал человека отвезти в поликлинику, — принялась решать мои проблемы по телефону уже секретарша Шенина.

Она и в поликлинику позвонила, к которой крайком прикреплён, и меня приняли как родного, без очередей, впрочем, откуда им там взяться? Сделали рентген, послушали. Простуда и простуда.