– Что ж, это довольно важное наблюдение, Чарли.

– Мне тоже так думается.

– Итак, ты считаешь, что его ударили после того, как двери лифта закрылись?

– По крайней мере, все говорит за это. На руках у него я не обнаружил никаких синяков, а они бы там были, если бы он защищался. Похоже, ударили его сзади.

– А чем его могли ударить? Что это было, по-твоему? Палка? Обрезок трубы? Или камень?

– Не исключено. Но кабина лифта слишком мала, чтобы размахнуться там длинным орудием, тебе не кажется? Надеюсь, к полудню, после осмотра тела, у нас будет больше информации. – И приблизившись к микрофону, Зайдлер скомандовал: – Открой двери, пожалуйста.

– Вижу, ты уже насобачился обращаться с этой штуковиной, – усмехнулся Фрэнк.

– Это всего лишь обычная дверная щеколда, не более того.

Они вышли из лифта.

– Когда-то ребенком я жил в Нью-Йорке, – вспомнил Куртис. – Мой отец работал там на фирме «Стандард Ойл». У них были специальный лифтер и диспетчерская. Диспетчерскую я особенно хорошо запомнил. Напротив каждого этажа были такие панели с лампочками. Когда одна из них загоралась, диспетчер отправлял туда лифт, а когда тот освобождался, то кабина снова опускалась к нему. Он был словно регулировщик на перекрестке. – Куртис махнул рукой в сторону сверкающих лифтов Решетки. – Только взгляни: компьютеры выполняют за человека всю работу. И того диспетчера, и лифтера. Немного подождать – и нас с тобой тоже заменят машины.

– Я лично не имею ничего против компьютеров, – зевнул Зайдлер. – Уж больно грустные у тебя для начала дня мысли.

– Хорошо, я припомню тебе твои слова, когда попадешь под увольнение. Нат, я хочу, чтобы ты принял участие в осмотре тела Сэма Глейга.

– Разумеется, Фрэнк.

– Эрнандес! Подойди-ка сюда.

Смущенно улыбнувшись, тот обернулся лицом к Куртису:

– Да, сержант.

– Пройди на парковочную стоянку и, как только эта самая Хасси объявится, попроси ее подождать меня в вестибюле, договорились? Это такой большой зал, где торчит какая-то огромная елка. А я пока поднимусь наверх и посмотрю, что там.

В ходе своей инспекционной прогулки Фрэнк Куртис заглянул в комнаты для совещаний, кафе-бары, недостроенные рестораны, еще не оборудованные гимнастические залы, поликлинику, кинотеатр, пока без кресел, зал для боулинга и зону отдыха. По завершении строительства Решетка будет напоминать скорее какой-нибудь престижный кантри-клуб или фешенебельную гостиницу, а отнюдь не деловую контору. За исключением этажей с пятого по десятый. Их убранство вызывало в памяти картинки из фантастических комиксов: бесконечные ряды белых стальных отсеков, размером чуть больше телефонной будки, с округлыми раздвижными дверьми. Отсеки были буквально нашпигованы складной канцелярской мебелью, кучей каких-то панелей, проводов и разъемов. Просидев несколько секунд в таком звуконепроницаемом отсеке за наглухо закрытыми дверьми, Куртис показался себе крысой или хомяком в клетке. Но было ясно: все эти коконы спроектированы по заданию корпорации "Ю" специально для работы своих служащих. Остается только пожалеть тех, кто страдает клаустрофобией. Или, скажем, тех, кто не прочь поболтать и перекинуться шуткой с коллегами по работе. Судя по всему, шуткам и смеху в расписании корпорации "Ю" местечка не нашлось.

Отодвинув дверь, он покинул одну такую будку и спустился на несколько этажей вниз, чтобы получше осмотреть вестибюль. Наклонившись через перила верхней галереи, он заметил привлекательную молодую женщину, выходившую из лифта. На ее ярко-рыжие волосы при нежной белизне лица отчетливо лег кровавый оттенок.