Стюард прочистил горло.

– Извините, сэр, но капитал Драммонд хотел бы сказать вам пару слов.

Коротко кивнув, Эндрю последовал за ним.

Он отсутствовал, как Бэл показалось, целую вечность. Она даже заподозрила, что он нарочно мешкает с возвращением, чтобы дать им обоим время остыть.

Наконец он появился и сообщил, что они приземляются примерно через двадцать минут. Затем с холодной вежливостью принялся обсуждать их ближайшие планы.

– Как только мы вернемся в Лондон, я сделаю все необходимые приготовления к свадьбе. Специальное разрешение на свадьбу с упрощенной церемонией позволит нам пожениться через два-три дня… Полагаю, что в нынешних обстоятельствах ты не будешь против скромной церемонии?

Подивившись официальной манере, в которой он советовался с ней, она, чуть помедлив, ответила:

– Нет, не буду.

– Я предлагаю церковь святого Джила на Шорленд-сквер. Там у меня знакомый священник… Если, конечно, ты не хочешь венчаться в каком-то другом месте.

– Нет, – снова ответила она.

Вспомнив, какими долгими были их разговоры с Родериком на эту тему, она, улыбнувшись, подумала, что на этот раз все решается не в пример быстрее, словно они с женихом обсуждают начинку для сэндвича. Впрочем, сейчас ее мало волновали подробности брачной церемонии. Единственное, что действительно имело значение, – это он сам и их совместное будущее.

Если бы вдобавок ко всему он еще любил ее… Но она тут же одернула себя. Чего ей жаловаться? Он хочет ее, и пока этого достаточно.

А дальше? Вдруг он устанет от нее? А она уже настроилась на любовь до гроба!

Но, похоже, в дело вмешался рок. Разумеется, безответная любовь не очень прочный фундамент для брака, но отступать уже поздно. И кто знает, может быть, ей удастся все-таки добиться его любви?..

Только тут она заметила, что Эндрю наблюдает за ней, ожидая ответа на какой-то вопрос, который она пропустила мимо ушей.

– П-прости, что ты сказал?

– Я спросил, будут ли у невесты подружки?

Она отрицательно помотала головой.

– Те, кого я собиралась пригласить, знают и любят Родерика. И вообще, если я буду в костюме…

– Никаких костюмов! – непреклонным тоном заявил он. – Хоть церемония и будет маленькой, я хочу, чтобы невеста была в традиционном белом платье с вуалью.

– Отлично, – согласилась она, уставившись на свои руки, сложенные на коленях.

Не отводя взгляда от ее длинных ресниц, почти касавшихся щек, он спросил:

– Кроме близких родственников, кого ты еще хотела бы пригласить?

– Никого. Только отца и Эллен, если она вернулась. А ты?

Эндрю напрягся.

– Моя мать и отчим умерли, погибли в сгоревшем отеле. Но у меня есть сводный брат Джонатан, его я попрошу быть шафером. Его жена, Пенни, годится на роль главной подружки невесты. – Затем он быстро добавил: – А твой отец согласится быть посаженым отцом?

– Надеюсь. Хотя, конечно, он и представить не может… Я имею в виду… он будет очень удивлен. Если не сказать – шокирован.

– Кстати, что ты ему уже сказала?

– Только то, что моя помолвка с Родериком разорвана.

– И как он отреагировал? Он ведь наверняка души в тебе не чает. – Последнюю фразу Эндрю почему-то произнес почти резко.

Оба вопроса были вроде бы абсолютно невинны, но, почуяв неладное, Бэл ответила только на первый.

– Он был потрясен и, по-моему, очень расстроен. Ему нравился Родерик, и он считал, что мы хорошая пара.

– Но он не пытался отговорить тебя?

– Нет.