– Пойду сообщу вашему отцу, – миссис Пиггот чуть не задыхалась от восторга. – Он говорит по телефону, как бы не опоздал.

Через несколько секунд вбежал Петер. Взяв Бэл за руку, он восхитился:

– Ты выглядишь потрясающе!

Обняв его, она опустила вуаль и, взяв букет, под руку с отцом направилась к украшенной белыми лентами машине.

Церковь оказалась маленькой и очень симпатичной, солнечный свет, лившийся через красивые витражи, освещал узоры на спинках скамеек и потертый красный ковер. Свежие цветы и негромкие звуки органа создавали праздничную атмосферу.

Подружка невесты, оказавшаяся стройной брюнеткой в простеньком платье цвета шампанского, неуверенно крутилась неподалеку, а Эндрю с шафером ожидали Бэл на ступеньках возле алтаря. Бэл заметила, что он красив как бог в легком костюме, белоснежной рубашке и с гвоздикой в петлице.

Преподобный Джон Блэкторн, высокий лысеющий мужчина, приветствовал их улыбкой, затем, окинув собравшихся взглядом, начал привычную церемонию.

Все шло как по маслу. Подружка невесты забрала у Бэл букет, и Бэл надела широкое золотое кольцо на палец Эндрю.

Когда документы были подписаны, викарий возблагодарил Господа, и они сделали несколько фотографий. После чего Эндрю помог невесте сесть в машину.

Не считая коротенького поцелуя в конце церемонии, он почти не смотрел на нее, а по пути вообще не сказал ни слова. Растерявшись от его отчужденности, она тоже промолчала до Данбертон-стрит.

Когда они подъехали, остальные уже поджидали их. Петер поцеловал дочь, пожал руку новоиспеченному зятю и сердечно произнес:

– Давайте пройдем к столу и отдадим должное обильному угощению миссис Пиггот.

Едва успел он провести их на солнечную террасу, как зазвонил телефон.

Экономки нигде не было, поэтому стоявшая ближе всех Бэл взяла трубку.

– Петер? – произнес знакомый голос. – Я, как вы просили, занялся проверкой. Но сразу все не распутать, надо побольше времени…

Бэл стояла как вкопанная, когда появился отец.

– Хармен? – догадался он.

Она кивнула. Взяв трубку из ее дрожащих пальцев, Петер какое-то время слушал, после чего сказал:

– Я уже говорил с Харгривзом, он хочет просмотреть наши записи. С моего согласия он пошлет к нам одного из своих бухгалтеров…

Даже не глядя в сторону Эндрю, стоявшего возле окна, Бэл прекрасно знала, что он прислушивается к разговору.

– Он, наверное, вот-вот подъедет. Да… покажите ему все, что он захочет посмотреть. Я сам тоже приеду попозже… – Положив трубку, Петер жизнерадостно объявил: – А теперь шампанское!

Двигаясь как автомат, Бэл последовала за отцом на террасу и взяла бокал с игристым вином. Она была потрясена и испугана, мысли путались в голове.

Недаром показался ей когда-то знакомым голос, звонивший Эндрю. Тот голос принадлежал Хармену. Теперь она была уверена.

А когда она спросила Эндрю, знает ли он их секретаря, он ответил, что нет…

Он лгал!

Теперь все выстраивалось в единую картину. Тогда, перед первой их встречей в ресторане, именно Эндрю сидел с Харменом за столом. Вот почему ей всегда казался таким знакомым его затылок.

У Бэл пересохло в горле. Зачем ему потребовалось общаться с Харменом? Что он замышлял? Ужас сковал ее, и сердце бешено забилось. Кто стал ее мужем? Подлый лгун, которому нельзя доверять?

Глубоко вздохнув, она попыталась успокоиться. В прошлый раз сомнения в его нравственности развеялись довольно быстро.