— Значит, две недели? — Том поставил бокал на рабочий стол отца. — Это очень мало времени, пап.

— Можешь мне об этом не говорить. Я сам был против подобного решения. Между нами, скажу тебе больше. Михаил тоже был против. Но в данном вопросе он не смог переубедить наше общее начальство.

Под «общим начальством» Виктор, естественно, имел в виду действующего президента Вердена Говарда Локена и его администрацию. Последствия битвы или, как ещё называли, «бойни при Нормандии», до сих пор отзывались в столице и на других верденских мирах.

— Они требуют быстрых и решительных действий. По их мнению, наш успех в Нормандии и у Лаврентия выбил зубы рейнскому флоту. Нужно ударить, пока они не успели залечить раны, и чем быстрее, тем лучше.

— Это бред. Рейнцы даже не ставили себе целью захват систем. Только нанесение ударов по нашим силам и промышленности. Тарадан и Вашарис это хорошо доказывают. У меня один из капитанов, как раз была на Тарадане, когда эти мерзавцы наведались туда. Они просто громили всё, что могли найти и до чего смогли дотянуться. Разве не лучше попытаться решить конфликт дипломатически, вместо дальнейшей эскалации? — Том откинулся на спинку кресла.

— Сейчас такой вариант даже не обсуждается, — покачал головой его отец. — После этих ударов народ в бешенстве. Поверь, Том. Я знаю. Я был во Франксе пару недель назад. Рейнское посольство в осаде. Вокруг него каждый день стоит толпа с голографическими транспарантами и лозунгами. Постоянно устраивают свои идиотские акции. Перед моим отлётом кто-то взломал сеть управления транспортными беспилотниками и вылил на здание посольства двести тысяч литров искусственной крови. Они, наверное, до сих пор здание отмывают.

— А что Протекторат?

— Молчат. Не было никаких заявлений. Даже официального объявления войны, что странно. Насколько знаю, наши ребята из башни Мюрата уже засыпали их таким количеством дипломатических нот, что если их сложить в одну стопку, она будет высотой с здание самого посольство. А наш с тобой успех только подогревает народ. Сначала это были крики гнева, а теперь вопли торжества.

Том привычным жестом потёр пальцами правой руки переносицу. Последнее время он стал замечать за собой эту привычку, когда нервничал или пытался разобраться в сложной для него проблеме. Даже пробовал одёргивать себя, но без толку. Привычка, чтоб её.

— И президент хочет, чтобы на волне всеобщего торжества мы начали активные действия против Протектората? — Том прокрутил события последних трёх недель в голове. — Дай угадаю. Можно ожидать повышение налогов?

Виктор рассмеялся, довольный догадливостью своего сына.

— Уже. На Галахде об этом объявят завтра. Как и об увеличении военного бюджета. В частности, ассигнований, выделенных на флот. Это лучший момент для того, чтобы сказать людям, что теперь правительство будет забирать у них чуть больше денег. Наши победы и поражения, как нельзя лучше подходят для того, чтобы пропихнуть подобное. Тарадан и Вашарис разозлят людей, а Нормандия и Лаврентий наполнят их сердца торжеством и верой в то, что мы способны справится с этой угрозой. У Локена не будет более преданной и лояльной публики.

Райн усмехнулся и протянув руку взял бокал.

— Да я и не против, — Райн сделал глоток, опустошив стакан и поставив его обратно на стол. — Ты же видел новые крейсера? Один монархи чего только стоят. Поверь, я знаю о чём говорю. Новые корабли очень эффективны.

— Так и я не возражаю, Том. Дело то не в этом. Если бы проблема касалась только разработки и строительства новых кораблей, то нас бы это сильно не беспокоило. Мы всегда выделяли достаточно средств на наши НИОКР.